— Как тебе этот субъект? — шепнул Ганс.
Вместо ответа я приложил палец к губам и подтолкнул его к скамье. А сам забормотал, склонясь поближе к уху брата:
— Этти, что случилось? Можно было подумать, что ему явился призрак!
— Он явно боится меня, но я пока не знаю почему.
Мы сели рядом с монахом, а Этти уселся по-турецки прямо на землю, что рассмешило брата Поля. Но даже в его смехе сквозило недоверие.
— Ученик у ног учителя? Или дитя у ног убеленного сединами предка? — шутливо воскликнул брат Поль. Встретив пристальный взгляд Этти, он тотчас отвел глаза, однако продолжал: — Почтительность — добродетель весьма важная. Что же привело всех вас сюда? Я не вас спрашиваю, — бросил он Гиацинту, открывшему было рот для ответа. — Чего вы ищете?
— Покоя? — рискнул промямлить я.
Он состроил весьма ироническую гримасу.
— Хорошо сказано, юный Самсон. А вы? — Он выразительно дернул подбородком в сторону Ганса.
— Я? Ну… ммм… веры?
Старичок развеселился еще пуще. Но тут настал черед Этти, пришлось и у него спросить — готов поклясться, что на сей раз монах выдавил свой вопрос через силу.
— А вы?
— Вам это известно, — без малейшего колебания откликнулся мой брат.
Лицо монаха исказилось. Полузакрыв глаза, он словно бы вдруг погрузился в мир, ему одному доступный, а мы остались здесь, неуклюжие, растерянные, онемевшие.
Внезапно брат Поль резким движением схватил висевший на груди крест, вцепился в него и возгласил:
— Вера! Это она приносит душе умиротворение! Да, кто ищет мира, тот в конце концов приходит к Богу!
— Вот поистине глубокая мысль, — иронически протянул Ганс.
Гиацинт что было сил стиснул ему руку выше локтя.
— Бог есть любовь, — продолжал монах. — Бог есть искупление и прощение грехов. Следуя по стопам Господа, человек избавляется от своих забот, прегрешений, страхов. — Он обращался к моему брату. — Принять руку, протянутую нам Спасителем, значит достигнуть отпущения и найти свой рай. Истина проста и прекрасна, как сама любовь Господня. Сию истину, сей блаженный мир я обрел здесь.
Этти печально усмехнулся:
— У нас в Индии есть такая легенда. Юноша полюбил принцессу. Ее царственный родитель, считая, что молодой человек недостаточно знатен и богат, чтобы домогаться руки его дочери, поставил такое условие: «Ступай странствовать по свету, ищи Истину. Как найдешь ее, можешь вернуться и взять в жены мою дочь». И влюбленный отправился в путь. Год проходил за годом, а он все искал Истину. Приходил к мудрецам, расспрашивал самых ученых людей, но никак не мог ее найти. Время шло да шло, поиски оставались тщетными. Но вот однажды ночью на вершине горы его окликнула дряхлая старуха, грязная, вся покрытая язвами: «Не меня ли ищешь? Я — Истина». Проговорив с ней до рассвета, молодой человек убедился, что она не лжет. И понял, что теперь может вернуться домой, ведь миссия его выполнена. «Но что же я людям скажу, когда спросят, какая ты?» — опечалился он. И тогда старуха, склонясь к нему, шепнула: «А ты соври, сынок! Поведай им, как я молода и прекрасна!»