– Ты с ума сошел!
– Это я с ума сошел?! – Родин схватил Яну за плечи, развернул лицом. – Или твои дружки, которые жрут наркоту и взахлеб рассказывают про свои глюки?
– Я этого Эдисона первый раз вижу... – соврала Янка.
– И давно ты на это дерьмо подсела? Можешь не отвечать, я видел, как твои глазки заблестели, когда он про витамины запел...
Яна резко отстранилась, глаза полыхнули.
– Ха, перепугался общаться с наркоманкой?
– Знаешь что? – Родину даже захотелось сплюнуть. – Иди-ка ты своей дорогой...
Иван повернулся и решительно направился к машине.
– Иван, подожди, стой! – взвизгнула Яна.
Иван остановился.
– Чего еще?
– Ты меня вытащил из клуба, перессорил со знакомыми, – Янка пошла в атаку, используя главное женское оружие – слабость. – А теперь бросаешь? Это – нечестно. Или, может, ты спешишь к своей женушке?
Она даже притопнула от возмущения.
– У меня никого нет, – еле сдерживаясь, ответил Иван.
– Может, снова поедем ко мне? – игриво отставив ножку, предложила она.
Иван не ответил, молча сел в машину и – поехал по ночной столице. Тоже развлечение, если нет других.
Яна несколько раз крикнула вслед «негодяй, мерзавец, подонок» и что-то еще, но, осознав, что Иван уже никогда эти и прочие слова не услышит, обреченно закрыла глаза ладонями, боясь разрыдаться. Никому не нужна! В кабак не вернешься: дубина стоеросовая обломал всем кайф. Кристи и Глеб – напыщенные придурки и уроды, свихнувшиеся на своей Англии, от дрыгалок всю ночь до утра – уже тошнит... И Янка с огромной, как от прямого попадания, воронкой в душе, спасенная и брошенная, воспрянувшая и вновь убитая, побрела, куда глаза глядят. «Попасть бы под автомобиль, и чтоб сразу – насмерть!» Кто она такая, идущая сама по себе – жгучая, стройная, красивая, с бездонными глазами – и такая одинокая. Встречные парни ищут ее взгляд, используя истертые шаблоны, навязчиво клеятся, хотят «законтачить». И почему-то в тупые их головы не приходит простая мысль: в этот поздний час она не желает ни с кем знакомиться.
О, вот еще один... Рыжий наглый и вдобавок жирный урод, косит под провинциала, просит показать ему Москву.
– Пошел вон!
– Как невежливо!
– Вали отсюда.
Пешие приставалы отваливают, начинают доставать курчавые автовладельцы, пипикают, притормаживают, открывают дверцы, заглядывают в лицо, спрашивают с акцентом:
– Ви не скучаете? Хочешь, подвезу?
– Я сейчас вызову милицию! Она подвезет.
– У, сука!
Не Москва, а полигон сексуальных извращенцев...
* * *
Кристина и Глеб переглянулись и одновременно вздохнули.
– Слушай, сеструха, я не понял, что это было?