Но за одну-единственную ночь Джордан показал ей, насколько ей ненавистна любовь Расселла. А теперь, когда он знает правду, она отвратительна Джордану. Но он не пребывал в постоянном страхе, как она, и не мог понять слабого, будучи сильным. Она приняла единственно возможное решение, и никто ей не помог.
— Уиллоу.
Она медленно повернулась и посмотрела на Дэвида, в глазах ее блестели слезы.
— Барбара сидит с Симоной, пока та не проснется, — хрипло сказал он. — Уиллоу, я… прошу прощения за то зло, которое мой сын причинил тебе, — в глазах его была боль. — И за то зло, которое он все еще тебе причиняет.
Она прерывисто вздохнула.
— Есть люди, которые сказали бы, что я этого заслуживаю…
— Никто не может сказать так. — Дэвид сунул дрожащие руки в карманы брюк. — Расселл всегда любил чувствовать себя полным хозяином вещей и людей. Ему был всего год, когда к нам переехал Джордан, и все-таки очень надолго он сделал нашу жизнь адом. Мы покупали ему вещи в качестве компенсации и не заводили больше детей, боясь, что и на них он отреагирует так же. Может быть, здесь-то мы и совершили ошибку…
— Но не вы же сделали Расселла таким, каков он есть!
— Но когда-то это же началось, Уиллоу, — мрачно настаивал он. — Он был совершенно избалованным ребенком, настолько избалованным, что когда достиг отрочества, стал совершенно неуправляемым. Он считал, что должен получать все, что хочет. Обычно он добивался этого убеждением и обаянием, но в тех редких случаях, когда ему этого не удавалось, приходилось считаться с его нравом, — он покачал головой. — Никто из нас даже не подозревал, что он с тобой делает.
— А вы и не могли подозревать, — пожала она плечами. — Я была за ним замужем.
— Ты была всего лишь ребенком, — простонал Дэвид. — А твои родители… Боже, если бы ты была моей дочерью, я бы убил Расселла, а не приветствовал его появление в семье!
Она слабо улыбнулась.
— Вам нужно познакомиться с моими родителями, чтобы их понять. У них была дочь, беременная от работодателя отца, человека, от которого он полностью зависел, да к тому Расселл хотел на мне жениться. Я даже не уверена, что они поверили в изнасилование, — тяжело добавила она. — С ними он был само обаяние.
Это не уменьшает их вины перед тобой, тем более…
— ..что они заставили меня выйти за него замуж, — насмешливо закончила она. — Я тоже так думаю. Поэтому я вижусь с ними настолько редко, насколько возможно. Вы думаете, с Симоной все будет в порядке? — Она резко сменила тему, ведь обсуждать предательство родителей до сих пор для нее было очень болезненно.