В некоторых западных районах Германии, сказал далее полковник, за последнее время наблюдаются отдельные случаи сопротивления. Фанатично настроенные нацисты, так называемые «вервольфы», создали молодежную организацию «Пираты эдельвейса». Однако это не так опасно, как кажется. В основном немцы довольно спокойно ведут себя в захваченных союзниками районах.
Однако с одним фактором приходится считаться. Радикальные элементы под влиянием русского наступления могут попытаться кое-где заранее отстранить от власти нацистов и создать своего рода местное самоуправление. Вот тогда нашей военной администрации придется туго, так как эти группы, ссылаясь на свою антинацистскую деятельность, будут требовать для себя определенных прав. А пример Аахена показывает, что очень трудно определить, кто был противником Гитлера, а кто нет.
Слова попросил Дирк:
— Если я вас правильно понял, господин полковник, то задача «1212» — удержать немцев от опрометчивых шагов. Так сказать, статус кво до передачи…
— Напротив, — перебил его Шонесси, — это нас дискредитирует. Нельзя на протяжении нескольких месяцев проповедовать антигитлеровские настроения, всячески поощрять их, играя роль патриотов, и вдруг неожиданно затормозить все это и призывать к бездействию! Вы знаете старый американский предвыборный лозунг: «Если не можешь побить противника, присоединяйся к нему»? В тех районах, которые мы не контролируем, нам вряд ли удастся помешать немцам вести борьбу с нацистами… И в то же время нужно попытаться направить эту деятельность, поскольку она есть, в нужное русло!
— Великолепно! Мы тогда создадим организацию Сопротивления! — с готовностью ответил Дирк.
Шонесси улыбнулся, заметив такое усердие:
— Вы слишком далеко заходите, сержант Дирк. Пусть немцы создают свои революционные организации, — при этих словах майор взглянул на меня, точно хотел напомнить наш разговор в машине, — организации против нацистов. Это будет способствовать продвижению наших войск. Однако ни в коем случае нельзя допускать, чтобы такие организации становились политическими органами. Для этого немцы еще не созрели. Не так ли, Петр?
Я растерялся.
После обеда, встретившись с Сильвио, мы пошли навестить семью Баллоу. По дороге я признался Сильвио:
— Мне казалось, что нам только на руку, если немцы устроят у себя революцию. И почему только мы должны…
— …направлять их в нужное русло? — закончил за меня Сильвио. — Почему? Потому что это нас не устраивает. Не забывай, как тесно связаны наши тузы с немецкими промышленниками!
— Но ведь если немцам удастся прогнать промышленников Рура до нашего прихода, то это придется по вкусу не только мне и тебе, но и нашим собственным тузам?