* * *
Витторио шел по саду, насвистывая какую-то мелодию. Вид у него был усталый и грустный.
На приеме он обещал Лауре, что в выходные ей не придется скучать. Но не смог сдержать обещания. Более того, снова испортил сестре настроение. Разумеется, она не подала виду, но вряд ли кого-нибудь обрадует кислое выражение лица и бесконечное молчание спутника. Благодаря чему их сегодняшняя прогулка за город оказалась сплошным кошмаром, а ведь он так хотел порадовать Лауру.
Проклятая Дебора! Не оставляет его, где бы он ни находился! С момента ее приезда он не может думать ни о ком, кроме нее, даже о собственной сестре.
Вот и сегодня, поглощенный мыслями о жене, он опять не уделил Лауре внимания, которого она заслуживает, иногда просто забывая о ее присутствии рядом. И если утром она без умолку что-то рассказывала ему, то на обратном пути сидела на заднем сиденье угрюмая, прижав к себе задремавшую малышку.
Надо позвонить и извиниться, подумал Витторио. Сегодня уже поздно, она вместе с ребенком ложится рано. Тогда обязательно завтра утром.
Дав себе такое обещание, Витторио немного успокоился… И мысли его снова вернулись к Деборе.
Слава Богу, Паоло увез свою дочь. Хотя уж чего-чего, а пылких чувств к своей матери Витторио ожидал от него меньше всего. Старик, оказывается, умеет преподносить сюрпризы.
Теперь Джемма не будет путаться под ногами и лезть к нему. С него довольно ее заигрываний. Они бы все равно ни к чему не привели. Раздражение и неимоверная скука — вот и все, что вызывала она у него. Смазливое личико и точеная фигурка только нагоняли тоску.
Однако с ее помощью он удерживал Дебору. Сейчас Джемма уехала, и ему придется дать жене развод. Но при этой мысли все в нем начинало протестовать. С помощью какой магической силы она приковала меня к себе? — не переставал удивляться Витторио.
В последние дни он явственно ощущал, что все идет совсем не так, как он полагал сначала. Ведь он собирался отомстить жене за то, что она так жестоко поступила с ним. Заставить ее страдать так же, как она заставила страдать его. Сделать так, чтобы она умоляла на коленях простить ее и принять обратно, чтобы не мыслила жизни без него. И вот тогда бы он отверг ее, одарив ледяным взглядом. С наслаждением указал бы ей на дверь. Чтобы она поняла, каково страстно любить человека и быть жестоко обманутым им…
Теперь, после отъезда Джеммы, такой момент наконец наступил. Но Дебора снова спутала все его карты. Чем больше Витторио говорил себе, что ненавидит эту женщину, причинившую ему столько страданий, тем острее чувствовал, как сильно ему ее недостает. Он сотню раз повторял, что не испытывает к ней ничего, кроме физического влечения, но каждый раз сердце подсказывало, что это не так. Изо всех сил пытался казаться равнодушным — и понимал, что все его усилия напрасны.