— Я считаю, кто-то должен ему сказать, что на тебе никакой вины нет, — посуровела Нэнси. — И что ты стоишь миллиона других мужчин.
Филипп ухмыльнулся.
— Спасибо. Сомневаюсь, чтобы Лембор с этим согласился. Единственное, чем я хотел заниматься, это управлять плантацией, а для его семьи этого было мало. Они представляли себе, что их зятем будет какой-нибудь великий отпрыск, представляющий высшие эшелоны английского общества, а не такой французский мужлан, как я, да еще с карибским акцентом! — Филипп беззлобно ухмыльнулся.
Нэнси вспыхнула.
— А мне твой акцент очень нравится! — призналась она. — Хочу такой же!
— Тогда окончи Вест-Индский университет, — пошутил Филипп. — Обучение бесплатное.
— И никаких дорогих парижских школ? поддразнила его Нэнси.
— Какое-то время я учился в Англии, — удивил ее Филипп. — В банановом бизнесе надо хорошо знать английский, это необходимо. Но я скучал по дому, а мне предстояло быть в разлуке с ним целых пять лет. Я так безумно тосковал по Ямайке, что из Англии просто сбежал. Отец был в ярости. Он отправил меня в наше имение во Франции и там я посещал некоторое время колледж для избранных. — У Нэнси глаза полезли на лоб. Имение во Франции! — А в конце концов я кончил все именно там, где и хотел, — продолжал Филипп, — учился в университете в Кингстоне и приезжал домой на выходные и на праздники. Это было замечательно.
— Да, — согласилась Нэнси, — замечательно.
— Наверное, — словно сам себе проговорил Филипп, — я бы утратил интерес к жизни, если бы кто-нибудь попытался забрать у меня мое наследство. Я мечтаю снова объединить два наших поместья — «Голубую лагуну» и «Монтего-Ривер», взять под контроль остальные богатства семейства ди Клементе.
То же самое думала и Нэнси. Может быть, благодаря их детям владения отца и деда перестанут быть враждебными территориями. На этих землях, как ей рассказал надсмотрщик плантации Филиппа, работники больше всего боятся ненароком не проглядеть воображаемые враждующими сторонами границы владений, которые разделены рядами деревьев. Иначе Жильбер ди Клементе может без предупреждения выстрелить картечью.
— Вон дом Эндрю, — неожиданно оборвал разговор Филипп.
— Смотри-ка! — воскликнула Нэнси. — А вон, наверное, и он сам!
Как только машина остановилась, она выскочила, обрадовавшись, что на веранде их уже ожидала вся семья Эндрю.
Гостье показали весь крохотный домик. Она только подивилась — где же они все спят? Потом гости и хозяева вышли в небольшой сад, чтобы выпить сока, только что выжатого из плодов манго. Стол поставили под высоким цветущим деревом, опавшие красные цветы которого усеяли вокруг всю землю. Филипп и Эндрю обсуждали проблемы торговли бананами, поисков новых рынков. Нэнси же с удовольствием играла и детьми и жевала банановые чипсы.