Развернувшись к швейцару, Брюс Мелвин, который, казалось, и на самом деле начал сходить с ума, прорычал:
— Убирайтесь к дьяволу!
Удерживая одной рукой за запястье девушку, Брюс резко толкнул другой мужчину в грудь. Не ожидавший толчка швейцар оступился и рухнул на тротуар.
Дело начало принимать серьезный оборот.
Брюс Мелвин окончательно потерял голову. Будучи в ярости, он был готов перенести свое неудовольствие на кого угодно. Стоя рядом с поверженным на землю швейцаром, он угрожающе смотрел по сторонам.
Проходящие мимо люди стали останавливаться. Некоторые женщины начали кричать, требуя полицию.
Растерянная, Джойс стояла рядом с Брюсом.
Журналисты и полиция появились на месте происшествия, не сговариваясь, практически одновременно.
После того как все газеты напечатали скандальную хронику о происшествии около клуба, отношение к Джойс в редакции изменилось в худшую сторону. В конце концов Джойс Пауэр подала заявление об уходе, после чего уединилась дома, отказываясь видеть кого бы то ни было.
И только сэру Патрику Ригану удалось проникнуть к ней, добившись разрешения нанести короткий визит. Разговор проходил на повышенных тонах и завершился настоящей бурей. Джойс сама не узнавала себя.
Сэр Патрик удалился, проклиная женщин с их капризами, а также мужчин с их извечными проблемами. Его настроение было испорчено настолько, что он проклинал даже бритвенные лезвия!
Прошла неделя с момента начала в печати шквала статей и многочисленных комментариев, заявлений более или менее серьезных и заметок, претендующих на долю юмора. Все эти публикации описывали Брюса Мелвина и его изобретение.
— Ну а теперь? Что ты теперь будешь делать? — взяла за обыкновение интересоваться ее мама.
Заслышав этот вопрос, Джойс просто пожимала плечами. Да и что она могла ответить?
Но Сильвия Пауэр, как правило, не сдавалась.
— Та и сама этого не знаешь, не так ли? — настаивала она.
— Нет.
— Но в этом случае, будь я на твоем месте, — продолжала миссис Пауэр, — я бы все-таки, наверное, предпочла принять предложение сэра Патрика Ригана.
— Ну и что бы я выиграла от этого? Наверное, в этом случае Брюс оказался бы втянутым в судебный процесс, связанный с коммерческими тайнами.
— Но сэр Патрик уверяет, что и ты, со своей стороны, можешь подать в суд, обвинив Брюса Мелвина в клевете. Настоящий джентльмен не должен допускать, чтобы его слова и поступки могли истолковываться превратно и каким-либо образом затрагивать доброе имя женщины.
— Ой, не надо, мама. Брюс просто отплатил мне той же монетой за все… Я сама виновата в случившемся.