Джонет покачала головой. Все ее усилия были сосредоточены на том, чтобы добраться сюда. О дальнейшем она просто не помышляла. Если Роберт отплыл во Францию без нее, ей придется что-то предпринять. Но она пока еще не знала, что именно.
Александр отвел ее в укромное место в десятке ярдов от общего лагеря. Несколько пледов были расстелены на ложе из толстого мха. Он кивком головы велел ей сесть.
— Отдохни, пока есть время. Если что-то пойдет не так, нам придется уносить ноги, да побыстрее. Отсюда до границы далековато, и мне это не по вкусу.
— А ты что будешь делать, пока я сплю?
— Отправлюсь на поиски Роберта Максвелла, милая. Ни о чем ином я и не помышляю.
Отступив на несколько шагов, Александр выждал, пока Джонет не уснула, вконец сломленная усталостью. Просто поразительно, как она вынесла все тяготы путешествия! И вот, слава Богу, они почти у цели, подумал он с облегчением. Ведь он был готов тащить девушку за собой принуждением, уговорами, лестью, даже силой, но, к счастью, это не понадобилось. Теперь молодой хозяин Дэрнэма был близок к тому, чтобы принудить надменного графа Мьюра к разговору и тем самым очистить имя своего отца от клейма предательства.
Теперь он уже не был беспомощным десятилетним ребенком, напуганным, на коленях умолявшим всесильного графа сохранить жизнь его отцу. Нет, на сей раз, со зловещим удовлетворением напомнил себе Александр, у него на руках все козыри.
Прищурившись, он пристально изучал погруженный в тень профиль спящей Джонет. Ну почти все козыри. Нельзя забывать об этой девушке, о шальной карте, которую сдала ему судьба. Этой малютке довольно было одного взгляда, чтобы разжечь в нем страсть, но она оказалась способной на большее: вопреки его собственной воле завоевала его уважение и восхищение. Мало того, эта девочка вернула ему способность испытывать весьма тревожное чувство, о котором он совсем было позабыл: жалость.
Однако он не мог себе позволить поддаться жалости, тем более сейчас. У него была репутация человека беспощадного к врагам, изобретательного в мщении, как сам Люцифер. Он уже не раз доказывал, на что способен: умело лавировал среди интриг, плетущихся при дворе Генриха VIII, отважно пускался в плавание в коварных водах гораздо дальше от дома — во Франции, в Италии, в империи Карла V [К а р л V (1500–1558), — император Священной Римской империи, король Испании из династии Габсбургов.]. Тем не менее на протяжении всей своей жизни он старался не причинять вреда невиновным. Детские воспоминания и страдания по-прежнему жгли его память, словно незаживающая рана.