Джинни вышла из оцепенения:
— Да, пожалуйста! Давайте уедем прямо сейчас!
— Надеюсь, вы оставили записку родителям, мисс Прэнтис? — строго произнес судья.
Она кивнула.
— Вы написали им, что будете под моей опекой? Они не должны волноваться за вас.
— Да, сэр.
— А если бы я попытался уговорить вас обеих остановиться, не убегать, подобно паре безголовых курочек? Вы бы послушались меня?
— Нет, папа, не послушались бы, и ты это понимаешь, — ласково сказала Бесс. — Теперь пошли.
— Вы не хотите подождать до завтра? А, Джинни?
Она покачала головой. Ее бледность и покрасневшие глаза свидетельствовали о решимости.
— Я не хочу больше оставаться здесь ни минуты! Я уеду, даже если вы откажетесь взять меня.
— Ну что ж, вы меня уговорили. Остается отнести в экипаж вещи.
Джинни послала за слугами, которые положили груз в омнибус судьи Харта и пожелали всем приятного путешествия. Слуги не задавали вопросов, но глаза их выражали любопытство и удивление.
Судья задержал свою дочь, пока Джинни садилась в экипаж:
— Видимо, ты рассказала ей о Хоскинсе? В этом причина ее бегства?
— Мне пришлось. Она вынудила меня настойчивыми вопросами.
— Может быть, ты и права, — улыбнулся он.
— В каком смысле я права? В том, что ей надо избавиться от Ричарда?
— Позже! — Он небрежно махнул рукой. — Давай подсажу.
Бесс влезла вслед за Джинни в экипаж, и они выехали из ворот на широкую аллею. «Здесь будет чудесный солнечный день, — подумала Бесс, — а в Нью-Йорке суета и духота, но уехать все равно надо. И в дальнейшем избегать общения с Инмэном». Она припомнила, что Джерид считает их с отцом «непроходимыми идиотами». Какие у него основания для этого, он так и не объяснил…
Беглецы заехали в Кларендон за вещами судьи. Он предложил пообедать в гостинице, но Джинни наотрез отказалась: она спешила сесть в поезд. Судья пожал плечами и вошел в отель, а Бесс и Джинни поглубже забились в экипаж.
— Все это смехотворно. Все, что мы делаем, — сказала вдруг Бесс.
— Почему? Я не могу видеть Ричарда! И не хочу объясняться с ним.
— Мы убегаем, Джинни. Если я и усвоила что-нибудь крепко за свои двадцать четыре года, так именно то, что невозможно убежать от проблем. Скрыться тайком в Нью-Йорке — это не решение вопроса. — Она окончательно рассердилась на себя и стала выкарабкиваться из экипажа. — Решишься со мной? Отец будет только рад и распорядится, чтобы наши вещи вернули к вам домой.
— Я не могу! — закричала в отчаянии Джинни. — О Бесс, зачем ты меня покидаешь?
— Все нормально, Джинни. Папа проводит тебя на станцию. — Бесс улыбалась, ее фиалковые глаза сияли. — Пожелай мне удачи.