— Знаешь, Кейд, нужно уметь прислушиваться к мнению людей, которые тебя давно и хорошо знают. Если мама утверждает такое, значит, у нее для этого есть веские основания.
— Я тоже тебя знаю и не разделяю ее мнение.
— Ты не можешь изучить меня так же хорошо, как она, — возразила Оливия.
— Я знаю много такого, о чем она даже не догадывается. Известно ли тебе, что я многократно принимал решение отказаться от твоего пребывания в Фэзерстоун-Холле, но так и не смог этого сделать? Хочешь услышать, почему?
— Нет, — покачала головой Оливия, однако явно заинтересовалась.
— Ты мне этого не позволила, — объявил Кейд. — Всякий раз, когда я был близок к тому, чтобы реализовать свое намерение, ты поступала настолько непредсказуемо, демонстрировала столь незнакомые мне прежде новые и удивительные свои качества, что я не мог решиться попрощаться с тобой. И пусть мой разум твердил обратное, я чувствовал, что твое присутствие мне необходимо. И чувство всегда оказывалось важнее.
— Мы знакомы всего две недели. Неудивительно, что ты ухитряешься замечать во мне что-то новое. Но это ровным счетом ничего не доказывает, — упорствовала она.
— Знаешь, Лив, я мог бы согласиться с тобой и твоим скептическим отношением к моим словам, если бы мы говорили о ком-то другом, а не о тебе. Я лишь пытаюсь убедить тебя в том, что твое расставание с Хорейсом ты не должна рассматривать как нечто трагическое и необратимое. Если девушка двадцати двух лет решает не выходить замуж, она имеет на это все основания. Я знаю, бытует мнение, особенно в провинциальных местечках вроде нашего, что замужество для женщины — это единственный верный путь в жизни. Но ты не относишься к этой категории обывателей, не так ли? И своим сегодняшним активным участием в полковом бале ты это лишний раз подтвердила. Люди прислушиваются к твоему мнению, люди доверяют тебе. И уже поэтому ты не обречена на одиночество. Ты, с твоим энтузиазмом и даром заражать им других, свой круг общения всегда найдешь. А свадьба с местным ловеласом и болтовня с подругами-бездельницами в здешнем гольф-клубе — это не тот путь, которым ты должна идти. Таково мое убеждение.
— Не нужно мне ничего внушать, Кейд, — с некоторым раздражением отозвалась Оливия.
— Хорошо, не буду. Мне интересно, как ты себе представляешь свой следующий шаг. Новое место, опять с нуля, неудачный роман, очередной побег…
— Вот видишь, Кейд, на самом деле ты говоришь в точности как моя мама, — уличила его Лив.
— Нет, мое мнение совершенно иное. Я никогда не стану утверждать, что ты обречена на ту или иную долю. Ты в состоянии преодолеть то, что твоей матери кажется непреодолимым.