— Я не вижу никаких противоречий в том, чтобы попытаться увязать чувства и рациональные соображения. И не стоит так драматизировать, — назидательно произнес он.
— Просто ты тут ни при чем, Кейд, — прошептала Оливия.
— Объяснись, пожалуйста, — попросил он.
— Мне нужна тихая спокойная жизнь. Вот и все. А та любовь, которой я сейчас болею, она переворачивает мне всю душу. Я перестаю понимать, кто я и что со мной происходит. Это мука. Не хочу страдать.
— Странно слышать, — вздохнул Кейд.
— А ничего странного тут нет. Просто ты не настолько хорошо меня знаешь. А моя мама постоянно твердит, что я обречена на одиночество.
— Какая ерунда! — бросил он.
— Не ерунда, Кейд. Я не в состоянии выносить такое сильное эмоциональное напряжение. Я попробовала жить эмоциями, ощущениями, решив, что ты с большим пониманием отнесешься к моей просьбе. Однако этого не произошло. Ты воспринял это как проявление беспутства с моей стороны. Но теперь я и сама осознала, что вряд ли сумею совладать со всем тем, что меня переполняет, да и рассчитывать на взаимность, увы, не приходится. А для совместных планов ты обязательно найдешь кого-нибудь.
— Мне не нужен никто другой…
— Кого-то более квалифицированного и приспособленного к жизни…
— Не говори так.
— Теперь-то я понимаю, что мне нужно было остаться с Хорейсом, — не слыша его возражений, продолжала размышлять вслух Оливия.
— С Хорейсом?! — тут же вскипел Кейд. — Ты можешь заикаться о Хорейсе после того, что между нами было?! Только не в этом доме, Лив! Я запрещаю тебе! — категорично потребовал хозяин.
— А если я лучшего и недостойна. Ведь он совсем не плох, — парировала молодая женщина.
— Если он достаточно хорош для тебя, почему же ты от него сбежала? — резонно поинтересовался он.
— Вот я и говорю, что это моя ошибка. Быть может, мы могли бы сделать друг друга счастливыми. Следовало просто попытаться пережить проблемный для любой пары период притирки. Но я до смерти боялась не выдержать это испытание и потому сбежала. Мой поступок говорит только о моей трусости, а не о правильности выбора, — рассудила Оливия.
— Ты осознала это теперь не для того, чтобы повернуть вспять. Лив, ты просто обязана не допустить подобное вновь. Разве ты сама не видишь, что ситуация может повториться? Да, у нас с тобой все иначе. Мы еще не имели возможности довериться друг другу полностью, разобраться в отношениях, задуматься о будущем. А ты уже спешишь пожертвовать тем общим, что у нас есть, ради пресловутого покоя, которого никогда не сможешь достичь.