Она внимательно следила за тем, как Клопп мастерил «упряжь» для шагохода, и знала ее слабое место. Концы цепи были припаяны к двум железным заклепкам на передке саней. Саму цепь пропустили сквозь кольцо на броне машины. Если отрубить хотя бы один конец цепи, та просто выскользнет и груз отцепится.
Но цепь была толстой — каждое звено с запястье Дэрин. Она выбрала правую сторону саней. Сварка здесь выглядела более небрежной, дерево покрывали застывшие капли металла. Дэрин зачерпнула пригоршню снега и высыпала на одно из звеньев. Вдруг Алек прав и металл от мороза становится хрупким?
— Отлично, — пробормотала она, вскидывая топор. — Поехали!
От первого удара цепь только закачалась.
«Она провисает, — подумала Дэрин. — Так не годится! У нас не хватит времени!»
Воздушные корабли между тем значительно приблизились. Дэрин уже могла разглядеть железные кресты на хвостовом оперении. Серебристая поверхность цеппелинов сияла в свете утреннего солнца.
— Мистер Шарп! — В отверстии люка появилась голова доктора Барлоу. — Мы можем вам чем-нибудь помочь?
— Да! — крикнула Дэрин. — Натяните цепь! Ученая дама исчезла, и через мгновение двигатели штурмовика заворчали, просыпаясь. Машина шагнула вперед, цепь рывком натянулась, сани дернулись. Дэрин высыпала еще пригоршню снега.
Отдача от следующего удара была такой жесткой, что девочка едва не вскрикнула от резкой боли в руках. Потом наклонилась, рассматривая металл. Лезвие топора оставило отчетливую зарубку, сам топор тоже выщербился, но цепь была по-прежнему крепка.
— Черт побери!
— Что-нибудь еще? — тут же выглянула из люка доктор Барлоу.
Вместо ответа Дэрин нанесла еще один удар. Топор вырвался из рук и, сверкнув в воздухе, отлетел на несколько ярдов.
— Осторожнее! — воскликнула леди.
Девочка молча склонилась над цепью. Кажется, на одном из звеньев появилась крошечная трещина, но этого недостаточно. Хотя, если постараться…
— Скажите Алеку — пусть дернет нас! — закричала она. — Пусть резко потянет сани!
Доктор Барлоу кивнула. Вскоре штурмовик взревел, как настоящий зверь. Машина медленно пошла вперед, при каждом шаге глубоко зарываясь в снег. Дэрин видела, как ее железные ноги высекают искры из камней. Сани дернулись вперед, толкнув Дэрин под колени, словно огромная собака, пытающаяся обратить на себя внимание.
Надтреснутое звено заскрипело. Трещина становилась шире при каждом рывке штурмовика. Дэрин попятилась. Когда цепь лопнет, ее концы могут и пришибить…
Девочка подняла глаза к небу. Цеппелины разделились. Теперь они заходили с двух сторон, чтобы жертва никуда не ускользнула. Небо пестрело от птиц: летучие орды «Левиафана» поднимались по тревоге, но сам летающий кит неподвижно лежал на снегу, такой же беспомощный, как настоящий кит, выброшенный на берег.