А потом мы снова зашагали, складывая тысячи мелких шажков в километры.
Вечером, далеко впереди, на береговой корме, мы заметили черный предмет. Это не мог быть ни камень, ни дюна, ни куст саксаула. Он был искусственным — вне всяких сомнений! В море любой посторонний предмет или сооружение сразу бросается в глаза необычностью формы, цвета. Этот, на который мы наткнулись, тоже выпал из окружающего пейзажа. Разобрать его точную конфигурацию издали было невозможно. Мы предполагали пирсы, катера, метеорологические будки, рыбацкие хижины. В нас жила надежда. Даже если это сооружение брошенное, мы можем, обследовав руины, попытаться определить свое местоположение. К тому же, раз есть брошенные строения, значит, невдалеке могут быть и действующие. Нам бы только до людей доползти. Хоть до одного человека. Не будут же его оставлять здесь без запасов воды, без связи с Большой землей.
Мы убыстрили шаг. Уже мнился горячий чай в изобилии, тарелки, наполненные до краев наваристым домашним борщом, дружественные улыбки хозяев. Увлекшись, мы видели то, что существовала только в нашем воображении.
Приблизившись, мы разобрались в происхождении неизвестного предмета. Это была обыкновенная автомобильная камера. Судя по размерам, от автомашины «ГАЗ-51». Сергей не поленился, отошел в сторону, притащил ее к плоту.
— Камера наша, — заявил он, — вот обрывки веревок.
Я сомневался, слишком это было невероятно. Камера оторвавшаяся еще до острова Барса-Кельмес, во время ночного шторма, проделала самостоятельно огромный путь, закончив его в той же точке, куда приплыли мы! Но камера плыла по ветру и волнам, а мы сопротивлялись им, стараясь удерживать курс. Как же траектория наших маршрутов могли пересечься?
— Кормовая, запасная камера. Уж я свою вязку всегда распознаю, — уверил Сергей. Он втащил слегка сдувшуюся камеру на корму, подвязал в том же месте, где она находилась две недели назад.
— Погуляла и будет, — звонко хлопнул ее по резиновому боку, — земля там, точно, — указал он на восток. — Все, что плывет, попадает как в воронку и стягивается в самое узкое место — в горловину. Поэтому камера к нам вернулась. Не исключено, что и остальные отыщутся.
Объяснение выглядело убедительно.
— Ну что? Двинулись? — спросил Сергей, взявшись за корму. Случайный отдых закончился.