С верхней площадки открывался коридор в виде буквы Т с коротким отрезком, который упирался в два длинных отсека, отходящих от точки пересечения. Все двери, которые Саймон увидел в начале, оказались закрыты. Он легкими шагами направился к месту пересечения двух коридоров и уловил слабое движение в левом отсеке. Саймон вдохнул и, пригнувшись, быстро выпрыгнул из своего коридора в перпендикулярный, но не прямо, а по косой. Этот прыжок привел бы в замешательство любого стрелка, который мог ожидать его за углом. Но стрелок отсутствовал.
На полу, в вызывающей тошноту грязи лежали два тела. Одно из них подавало признаки жизни.
Это был доктор Квинтус, который, когда до него добрался Святой, как раз пытался подняться на ноги, словно пьяный. Неподвижно лежал Джим Форрест. Саймону не требовалось смотреть на него дважды, чтобы понять: неподвижность воцарилась навечно. Грязь оказалась кровью — лужи, брызги и пятна крови в ужасающем количестве. Они были на полу, на стенах, промочили полосатый блейзер и одежду доктора. Горло Форреста разрезали от уха до уха. Этой раной его чуть не обезглавили.
У Святого скрутило живот, но только один раз. Потом он схватил врача за руку и помог ему подняться. На Квинтусе было столько крови, что Саймон затруднялся сказать, какие у него ранения.
— Куда вас ранили? — спросил он.
Мужчина покачал головой с обалделым видом, потом с такой силой оперся на Саймона, что показался свинцовым.
— Я не ранен, — хрипло пробормотал он. — Я в порядке. Меня только ударили по голове. Форрест…
— Кто это сделал?
— Не знаю. Вероятно, тот же… кто и Нору. Я услышал, как Форрест… закричал…
— Куда он убежал?
Квинтус пребывал в полубессознательном состоянии и чем-то напоминал лунатика. Вопросы доходили до него не лучше, чем внешние шумы до сознания человека, гуляющего во сне. Он явно предпринимал огромные усилия, чтобы прийти в себя, но глаза оставались полуприкрытыми, слова давались с трудом. Говорил он заплетающимся языком, словно сильно напился.
— Думаю, Форрест… шел к себе в комнату… Застал убийцу… что-то вынюхивающего… Убийца… ударил его… Я слышал его крик… Выбежал… Меня ударили… чем-то… Поймайте его…
— Куда он побежал?
Саймон грубо потряс Квинтуса, а потом хорошенько врезал по физиономии. Голова врача качалась, грудь вздымалась. Потом у него широко раскрылись глаза.
— Не беспокойтесь обо мне, — прошептал он с болезненной четкостью. — Позаботьтесь о… мистере Чейзе.
У него снова задрожали ресницы.
Саймон прислонил его к стене и отпустил. Врач съехал по стене вниз и уселся на полу, сжимая голову руками.