О чем жалеть, черт возьми? Сегодня утром она была в Лондоне, холодном сыром Лондоне, который никак не желает признать, что лето наступило. Теперь она наслаждается теплом тропической ночи, звуками и запахами моря.
Правда, есть еще Джек Вульф. Но ей нужно только хорошо исполнять роль — улыбаться, немного флиртовать, но лишь на публике. Этот идиот не верит, что она вообще может играть, сомневается в ее способностях актрисы. Пусть бы потолковал с Труди Морган — она бы сказала ему, что эта роль просто написана специально для Мелани Девлин, то есть Бьюмонт.
Джек немного постоял в дверях, тихонько наблюдая за Мелани. Приятно смотреть, как она двигается, убирает волосы с лица. Как подчеркивает ее прекрасную фигуру это шелковое платье! — подумал он. Взято напрокат? Не стесняет движений, все на месте… Нет, одежда с чужого плеча так не сидит.
Удивительно, как она красива. Он и предположить не мог, что перед его взором предстанет такая красавица, его воображение оказалось скудным, когда он представлял ее себе без парика и в другой одежде. Как же это ей удалось так обмануть его? Обычно Джек очень быстро раскрывал любое притворство. Но хорошо ли он присматривался к Мелани? Если быть до конца честным с собой, то он же сам избегал встреч с ней, старался не бывать дома в те часы, когда она приходила убирать. Почему? Да потому, что с самого начала испугался тех чувств, которые она в нем вызывала. Что привлекало его в ней? Ее внутренний облик, чувство юмора, шаловливость, непосредственность и в то же время эта аура тайны, которой ей удалось себя окутать. При виде Мелани сердце его начинало биться чаще. Вот как сейчас.
Мелани не слышала, как Джек подошел и встал рядом с ней. Он тоже оперся о перила, обнял ее за талию и заглянул в лицо.
— Наслаждаешься видом? — спросил Джек.
— Да.
Она попробовала отодвинуться, но он еще крепче прижал ее к себе.
— Джек… — проговорила Мелани.
Голос звучал умоляюще, но глаза говорили совсем другое. Он увидел это, увидел, как на ее шее бьется, пульсирует тонкая вена.
— Что? — Прежде чем она успела ответить, покачал головой. — Не дергайся, за нами кто-то наблюдает с берега.
Мелани посмотрела было в сторону пляжа, но он повернул ее лицом к себе.
— Тебя никто не интересует, кроме меня.
— Да?
— А как же! Почему бы тебе не обнять меня за шею и не показать им, как сильно ты мною интересуешься?
Она уставилась на него.
— Это что… поцеловать тебя?
А почему бы нет? Майк же предсказывал, что неделя будет интересной, так что любопытно посмотреть, как она ухватится за эту возможность обезоружить его, соблазнить. Как долго будет играть жеманную недотрогу? Возможно, стоит немного подбодрить ее?