— От такой чехарды можно все истребители потерять, — вспылил он. К потере истребителей, пусть даже теоретической, отнестись равнодушно Птухин не мог.
— А вы можете предложить лучший вариант? — в упор спросил его Алкснис.
Птухин подошел к карте и изложил план нанесения удара бомбардировщиками и прикрытия их истребителями. Алкснис слушал внимательно. Потом с небольшим уточнением одобрил решение Птухина.
Второй день сборов Алкснис посвятил проверке летной подготовки командиров. Он прошел вдоль строя командиров и, останавливаясь перед каждым, объявлял: «С вами я сам слетаю. Вас проверит инспектор. Вы, товарищ Туржанский, проверяться не будете». Очередь дошла до Птухина.
— Сейчас над стартом выполните высший пилотаж. Основным ориентиром на вертикальных фигурах считайте «Т». Очередность фигур: два глубоких виража, переворот левый, иммельман [Иммельман — фигура высшего пилотажа, в настоящее время называется полупетлей] правый, переворот правый, ранверсман левый, два срыва в штопор в обе стороны.
— Ну, Женя, повнимательней, Яков Грозный (так за глаза летчики величали Якова Ивановича Алксниса) что-то от тебя ждет. Таких заданий он не дал никому, — провожали его к самолету Туржанский и Пумпур.
Для Алксниса и Уборевича возле «Т» поставили табуретки, все остальные стали полукругом сзади.
Птухин был в ударе. Он крутился над стартом строго в плоскости «Т», словно привязанный к этому ориентиру на земле. Четкие фигуры плавно переходили одна в другую без задержек.
— Вы знаете, — повернулся Алкснис к Уборевичу. — После Анисимова и Чкалова, по чистоте пилотирования в нашей авиации я бы назвал третьим Птухина.
Выйдя на посадочную прямую, Птухин снизился до 20 метров, затем на краю аэродрома перевернул самолет вверх колесами и прошел до первого разворота.
— Сколько же вы можете так лететь вниз головой? — спросил Уборевич, когда Птухин доложил о выполнении задания.
— Сколько хватит горючего!
— Иметь таких людей! Вам позавидуешь, Яков Иванович.
Совещание командиров авиабригад и эскадрилий, посвященное замене устаревшего наставления по стрелковому делу ВВС и разработке временных курсов боевой подготовки по родам авиации, проводимое Алкснисом, подходило к концу. Яков Иванович торопился. С заменой наставления тянуть было нельзя, так как старое, признававшее обучение главным образом в воздухе, из-за своей неэффективности было похоже на стрельбу не патронами, а рублями. Участники совещания в этот же день разъезжались по своим частям.
— У вас есть дела в Москве, товарищ Птухин? — придержал Алкснис Евгения Саввича, когда совещание закончилось.