Берт хотел ее. Хотел так сильно, что становилось не по себе. Но прежде следовало покончить с делом, которое заставляло его быть таким же жестоким, как она. Даже узнав правду о цели визита Люси, он мог думать только о том, как бы заключить ее в объятия и разделить с ней свою страсть.
И в этот момент Берт встретился с ней взглядом, и настороженность в глазах Люси вернула его к действительности.
— Моя семья? — спросила она.
— Да, — ответила Карен, склонив свою царственную голову. — Тальбот — известная на Юге фамилия. Ты — уроженка Тампы или же происходишь из Миссисипи, как Роберт Тальбот?
— Она родом с Севера, — вмешался Берт. — Едва ли вы их знаете, тамошних Тальботов.
Люси посмотрела на него со смешанным чувством благодарности и удивления. Она и не знала, что он настолько знаком с ее происхождением. А знаком ли? Берт слегка улыбнулся ей. Она была бы крайне испугана, если бы узнала, какие еще секреты ему удалось узнать в ходе своего расследования.
— Берт прав, — подтвердила Люси. — Мы переехали в Тампу, когда я была маленькой, вскоре после смерти моей мамы.
Карен нахмурилась.
— Прости, дорогая, — вежливо сказала она, — я не хотела тебя огорчать.
— Ничего. Иногда бывает грустно. Но у меня сохранились о ней чудесные воспоминания.
— У тебя прекрасное обручальное кольцо. Оно принадлежало твоей матери?
Люси покачала головой, слегка покраснев.
— Нет, но мне хотелось бы этого. Это ведь кольцо такого типа, да? Наверное, потому я его и выбрала. Но Сай… папа не мог позволить купить такое, когда они поженились. А когда смог, было уже поздно. — Лицо девушки погрустнело. — Я завидую вашей истории. Это же замечательно, когда можно проследить так далеко свою родословную. Мне хотелось бы иметь дядюшек, тетушек, кузин и кузенов, жить в доме, заполненном вещами моих предков.
— У тебя никогда их не было? — спросил Берт, не удержавшись.
Она вновь покачала головой, пытаясь улыбнуться.
— Если у меня и есть родственники, я их не знаю. Мои родители были сиротами. Иногда я задумываюсь: что же свело их вместе? Папа всегда говорил, что нас на этом свете всего трое.
— А сейчас — двое, — заметил Берт.
— Берт, — с упреком сказала Карен. — Как ты можешь так говорить, когда она — твоя невеста? Когда вы поженитесь, мы все станем ее родственниками. У нее будет все, чего она всегда хотела: муж, который будет любить ее до конца своих дней, большая семья, которая примет ее как родную, и богатая история, которая перейдет к ее детям и внукам.
Берт нахмурился, заметив, как на глаза Люси навернулись слезы. Она не успела опустить ресницы, чтобы скрыть их. Что за чушь несет Карен? Ей прекрасно известно, что никакой свадьбы не будет, что все это лишь фарс. Она должна понимать, какую боль причиняют ее слова Люси. Карен была слишком искушенной женщиной, чтобы не знать этого.