И тут такой финт ушами!
'А если я…'
'А как же они…'
Перед закрытыми глазами лежащего в полной темноте Максима взорвалась цветными кляксами бомба.
— А как же ОНИ?
Макс подскочил с выпученными глазами.
Он вспомнил всё.
Они.
Друг Саша, три года менявший ему подгузники. Его жена Леночка, кормившая его с ложечки. Егор, который каждый день читал ему вслух книги. И Оленька, которая каждый день с ним играла, пела ему песенки и танцевала.
Что с ними то будет?! Если он их предаст?
В бескорыстность и человеколюбие янки Максим верил ещё меньше, чем в благородство российских спецслужб.
Зубы сами собой вцепились в подушку. Макс замычал.
'Нет, родненькие мои, я вас не предам, чего бы это мне не стоило!'
Экран телефона светился в темноте словно прожектор.
'Красивые стринги, солнышко! Гонолулу, говоришь… Санта-Барбара, говоришь? Док-иудушка. Говоришь, у тебя наработки в поиске есть?'
— Алло, мам. Здравствуй. Это я, мам. Я вернулся. Да, мам. Я в Алма-Ате. Я скоро к тебе приеду.
'Очень скоро'
Хутор Дубровка,
Июль 13 г.
Глухо тарахтя дизельком в бухту вполз единственный имевшийся на Родине железный кораблик. И тащил он при этом единственную же железную грузовую баржу. Несмотря на разгар лета, погода стояла отвратительная — низкие серые тучи, то и дело брызгавшие мелким холодным дождиком и ветер. Холодный и колючий. Сашка вздохнул — всего год тому назад, когда строительство первого хутора было закончено и все строители ушли, они с Леночкой и с детьми устроили пикник на пляже. С шашлыками и квасом. И хотя вода в море и тогда была 'не подарок', но назагарались они до африканского состояния. Что (тут Дубинин, наконец, улыбнулся) очень шло к длинным и стройным ножкам его жены.
Хутор отстраивался заново. Ударными темпами и с очень хорошим качеством. Пал Палыч действительно собрал и прислал на работы лучших специалистов, а с южного острова подкинули дефицитных стройматериалов. Шифер да стекло. Три недели тому назад, когда принципиальное решение о восстановлении хутора было принято, Дубинин посоветовался с женой, поговорил со свояком и решил на старом месте не строиться, а поднимать дома с другой стороны ручья. Там, где стоял старый домик 'папаши'. Место это вообще ничем не отличалось от того, где они жили раньше. Такая же поляна пятьсот на пятьсот метров, густо заросшая невероятно зелёной травой, такие же корабельные сосны вокруг и сопки. И даже родничок обильный имелся. Возвращаться на пожарище не хотелось, да и могила налётчиков в самом центре хутора… бррр! Мрак.
Кто и когда похоронил этих людей — так и осталось загадкой. При воспоминании о налёте Дубинин сморщился, как от лимона.