Когда сказала о своем решении Сашке — он еще звонил время от времени, — тот надулся, однако возражать благоразумно не стал, дабы не нарваться на что-нибудь неприятное. А нарваться вполне мог — он так и не восстановился в университете, не говоря уже о том, чтобы начать трудовую деятельность. И еще он отказался проходить тест на наркотики, утверждая, что и без Майкиного вмешательства никогда и ни при каких обстоятельствах не станет наркоманом.
Бедный Николай Андреевич! Майка жалела его даже больше себя.
Вот так пропахать всю жизнь, заполучить вожделенные миллиарды, и что дальше?
Кстати, тот тоже звонил, волновался за будущего внука. Майка всегда будет рада вниманию и приезду этого дедушки. Впрочем, недвусмысленно объяснив тому, что попытки баловать и портить внука будут жестко пресекаться. Про Сашку при этом ничего сказано не было, но Николай Андреевич все понял без слов. И молча согласился.
Даже после развода сына — этот ужас почти завершился без суда и склок — Николай Андреевич не собирался разводиться ни с внуком, ни с его мамой.
Майка уже собралась погулять — Данько и Борткевич в один голос советовали больше ходить и дышать свежим морским воздухом, — как в дверь позвонили.
Не надо быть провидцем, чтоб угадать, кто пришел.
Конечно, Петя.
Смешной комифранцуз вообще непонятно когда учился: так часто он навещал Майкину квартирку.
Сначала она даже злилась: ей было не до романов, с таким-то пузом и бракоразводным процессом. Потом привыкла и, если комифранцуз долго не приезжал, испытывала некую нехватку его улыбки и веселых глаз.
Хотя долго не приезжал он только один раз — неделю. А когда приехал, в его безумно огромных глазищах веселья почти не оказалось. Нет, Петя искренне был рад увидеться с приворожившей его Майкой. Но поднимать настроение пришлось Петино, а не как обычно — Майкино.
Только еще через неделю девушка выяснила, куда Петя ездил. Оказалось — от какой-то благотворительной организации лучшие студенты психологического факультета летали в Южную Америку, на место сильного землетрясения. Работали там с пострадавшими и с потерявшими близких родственников.
Поскольку в поселке, на который пришелся эпицентр удара, почти все были такие, видимо, это была ужасная работа.
Он обошелся без подробностей, и Майка понимала — почему.
Один лишь разок Петя улыбнулся с прежней радостью — когда она честно сказала, что гордится им.
Сама Майка так бы не сумела. Она даже телевизор переключала, если репортеры показывали родственников жертв, — помочь ничем не могла, а представлять их чувства было просто невыносимо.