— Дудки. Пусть ждет. Еще придумал какие-то дела — вот оригинально! Меня не беспокоить, понятно? — Дикси угрожающе посмотрела на чуть не плачущую Лолу и выдернула из розетки телефонный шнур.
На следующий день мадемуазель Девизо была доставлена корзина с розами и маленькая записка:
«Выздоравливайте. С нетерпением жду звонка.
Э. С.»
Дикси рассмотрела надпись на визитной карточке Скофилда. Оказывается, он стал директором парижским филиалом банка «Конто». Не плохо! Номер домашнего телефона был загородным. Сообразив, что сегодня воскресение, Дикси набрала его. Подошедшая к телефону женщина, попросила ее назвать свое имя и немного подождать. Эжен запыхался и даже по голосу было понятно, что его улыбка искрится радостью.
— Господи, какой подарок для меня! А я копался в саду по локоть в земле. Пришлось мыть руки… Садовник у меня только газонокосилкой работать умеет. Но ни за что не отличит пиона от астры. — Он быстро тараторил, словно торопясь загипнотизировать Дикси своей веселостью и не оставить ей пути к отступлению.
— Спасибо за внимание, Эжен. Только пожалуйста, не присылайте мне больше розы.
— Ой, я полный идиот! — было слышно, как Эжен ударил себя ладонью по лбу. — Мне и самому показалось, что это так банально. Ведь вы — человек искусства! Лучше тюльпаны — в сентябре тюльпаны напоминают о весне… Вот только цвет… Вы любите желтый?
Дикси рассмеялась — в скороговорке Скофилда была забавная неуклюжесть, плохо сочетающаяся с обычной чопорностью манер. Он все еще видел в ней кинозвезду и как любой обыкновенный банковский служащий, исключая Эрика, млел перед загадочным миром богемы.
— Пожалуй, мне лучше изложить вам свои соображения по поводу цветов лично. Кроме того — надоела диета. Так когда нам лучше отведать свежих угрей?
— Думаю… Думаю, это необходимо сделать прямо сегодня. — Решительно отрезал Эжен. Сезон угрей уже проходит.
— А вы умело организовываете наступление, не оставляя женщине ни малейшего шанса покапризничать и набить себе цену!
— Боже мой, Дикси! О, Боже мой! Вы не женщина — вы грандиозная многомиллионная финансовая операция… А здесь, я, действительно всегда иду напролом.
— Вы так обидели меня, Эжен. Мне просто необходимо было уличить вас в грубейшей ошибке. Я не «финансовая операция» как вы изволили выразиться — я женщина!
Дикси, действительно приложила все усилия к реанимации своей красоты. Пошли в дело заброшенные парфюмерные изыски — кремы, лосьоны, духи. Почти час она пролежала в ванне, вылив туда тройную дозу ароматизированного миндального молока. В шкафу оказались вещи, встреча с которыми принесла удовольствие. Дикси словно вылезла из берлоги после долгой спячки и обнаружила пробуждающийся, пронизанный солнцем лес.