Внезапно Энн вздрогнула, вспомнив еще кое-что: скоро городские ворота закроют на ночь. Выпустят ли их из города? Они должны поскорее покинуть Лондон, ни о чем другом она не мечтала. Надо опередить тех, кто бросится в погоню за Ричардом, если король вдруг пожалеет о милосердии, проявленном в минуту слабости в присутствии королевы.
Уот снова подъехал к воротам, Энн напрягла слух, надеясь различить шаги. И вправду, вскоре послышался глухой стук подошв, шарканье по булыжникам. Энн напряглась: ослушаться Симпкина и покинуть повозку она не могла, но ожидание уже измучило ее. Кто это? Симпкин с Ричардом? Неужели неуверенные, шаркающие шаги — это походка ее любимого?
Уот пробормотал что-то неразборчивое, спрыгнул с козел и бросился к воротам. В ту же минуту Энн, наконец, разглядела в тусклом свете факелов два мужских силуэта.
До нее донеслись спокойные, даже оживленные голоса — она не поняла, вопросы или советы, — затем шаги ускорились, и она увидела, как Уот и Симпкин под руки ведут Ричарда к повозке.
— Садитесь в повозку, мистер Ричард, — прозвучал невозмутимый голос Симпкина, ничем не выдающий его тревоги. — Заберетесь сами? Мистрис Энн ждет вас. Мы сразу двинемся в путь.
Сквозь пелену слез Энн увидела Ричарда и протянула к нему руки.
— Ричард, милый, что они с тобой сделали?
Он приглушенно рассмеялся, неуклюже усаживаясь рядом с ней на скамью.
— К счастью, почти ничего, дорогая. Спасибо, Симпкин, все хорошо.
Энн не могла разглядеть его лицо, но голос звучал твердо. Протянув руки, она коснулась грубой одежды тюремщика.
— Тебя пытали? О господи! — Из ее глаз брызнули слезы.
Ричард на ощупь нашел ее руку.
— Полно, милая, не надо плакать. Я только немного прихрамываю. — И в темноте снова прозвучал его невеселый, иронический смешок. — Оттого, что успел повисеть на дыбе, но, к счастью, недолго. Господи, а я уж не надеялся выбраться из Тауэра живым! Расскажи, как тебе это удалось, — только не сейчас, мне надо отдышаться.
Энн притянула его к себе, Ричард вскрикнул от резкой боли, и она испуганно разжала руки. Значит, пострадала не только его нога. Когда же они доберутся до надежного убежища, где она сможет осмотреть его и облегчить его страдания? Какая досада, что в повозке темно! Но все-таки Ричард жив, он рядом, и за это Энн была всем сердцем благодарна Богу. Теперь она мечтала лишь о том, чтобы избавить любимого от боли.
Забираясь на козлы, Симпкин вполголоса объяснил ей:
— Не тревожьтесь, мистрис, я получил пропуск на выезд из города через восточные ворота. Мы проедем по Тауэрскому мосту и вскоре окажемся на дороге, ведущей к Блэкхиту.