Постучавшись в дверь, Ливия напряженно ждала какой-нибудь реакции. Ничего. Нахмурившись, Ливия постучала вновь. – Эй? – позвала она. – Эй? Меня кто-нибудь слышит?
Как раз когда Ливия думала сходить и взять у миссис Фэйрклоз ключ, дверь задрожала и лязгнула, поскольку замок открылся. Дверь с негромким щелчком распахнулась, и за ней показался камердинер Шоу. – Да, миледи?
- Я пришла проведать мистера Шоу.
- Мистер Шоу не принимает гостей в такое время, миледи.
Дверь начала закрываться. Ливия подставила в проем свою ногу. – Я не уйду, пока не увижу его, - сказала она.
Взгляд камердинера выдавал явное раздражение, хотя тон оставался вежливым. – Мистер Шоу не в том состоянии, миледи.
Ливия решила быть прямой. – Он пьян?
- В доску, - мрачно подтвердил камердинер.
- Тогда я пошлю кого-нибудь за чаем и сэндвичами.
- Мистер Шоу просил еще бренди.
Ливия сжала зубы и протиснулась мимо него внутрь. Будучи слугой, он не мог остановить ее – никто из прислуги никогда не осмелился бы прикоснуться к владелице поместья. Не обращая внимания на протесты камердинера, она осмотрела темную приемную. В воздухе стоял неприятный запах выпивки и табака. – Никакого бренди, - сказала она тоном, не терпящим возражений. – Отправляйтесь в особняк и принесите чай и тарелку сэндвичей.
- Ему это не понравится, миледи. Никто не становится между мистером Шоу и тем, чего он хочет.
- Пора кому-то это сделать, - сказала Ливия, жестом отсылая его. Камердинер неохотно подчинился, а Ливия прошла дальше в темный коттедж для холостяков. Горящая лампа наполняла главную спальню спокойным, янтарным светом. Явный перезвон льда в стакане достиг ее ушей. Решив, что Шоу в пьяном оцепенении, Ливия направилась к дверям.
Зрелище, представшее ее глазам, заставило ее ахнуть.
Гидеон Шоу полулежал в ванне, стоявшей у огня, голова его откинулась на бортик из красного дерева, одна длинная нога небрежно свисала с края. В руке он держал полный льда стакан, взгляд его не отпускал ее, когда он сделал глоток. Пар струйками подымался над водой, оседая на изгибе его загорелых плеч. Капли блестели в янтарных волосах на его груди и на небольших ободках его сосков.
Боже милостивый, ошеломленно подумала Ливия. Джентльмены, страдающие от похмелья, обычно выглядели ужасно. – «Черепок на палочке» - вот как Маркус их называл. Однако, Ливия никогда не видела ничего более великолепного, чем небритый и растрепанный Гидеон Шоу, принимающий ванну.
Нахмурившись, Шоу приподнялся, от чего вода плеснулась на бортик ванны. Блестящие ручейки стекали по мускулистой поверхности его груди. – Что вы здесь делаете? - спросил он грубо.