Даффи, стоя за спиной доктора, делал Джеку знаки не напирать. Джек немного успокоился.
– Именно я вбежал в дом и вытянул его из-под кровати. Я знаю, что он видел, я знаю, через что он прошел, и я с болью понимаю, что его ждет. Я не хочу туда идти, доктор, но у меня нет выбора. Эрик – единственный человек, который может спасти жизнь и себе, и вам.
Ротштайн повернулся, чтобы уйти.
– Я не хочу, чтобы умерла еще одна семья. Помогите мне, доктор. Я прошу вас. Пожалуйста, помогите мне!
Ротштайн снова посмотрел на пакет.
«Не усложняйте положение, доктор, – подумал Джек, – я все равно пойду туда, с вами или без вас».
– Я буду присутствовать, когда вы будете говорить с ним, – наконец сказал Ротштайн.
– Хорошо, – ответил Джек.
– И бабушка.
– Это неудачная мысль.
– Я согласен, но Эрик не захочет, чтобы она уходила. Ее присутствие, возможно, не даст ему разнервничаться.
Джек и Даффи переглянулись.
– Это не обсуждается, – добавил Ротштайн.
– Ладно, – согласился Джек. – Что-нибудь еще?
– Вы оба можете присутствовать, но вопросы задавать будет только один человек. Поскольку вы, детектив Кейси, побывали в подобной ситуации, я рекомендую вам разговаривать с ним. Откройтесь. Расскажите ему о своих чувствах. Покажите ему, что вы в первую очередь человек, а потом уже полицейский.
– Я сделаю это. Благодарю, доктор.
– Не ошибитесь. Если Эрик обнаружит малейшие признаки волнения, я вмешаюсь, и вопросы прекратятся. Надеюсь, мы поняли друг друга, джентльмены? – По его тону было ясно, что он не потерпит возражений. – Позвольте мне поговорить с бабушкой и подготовить ее к тому, что должно случиться.
И он вышел из комнаты.
Даффи указал на кровать.
– Что на самом деле в пакете?
– Открытки от друзей Эрика, игрушки. Я сложил их в пакет и написал на нем его имя.
Даффи оскалился.
– Как хитро!
Но Джек не ощущал радости. Он чувствовал, что им манипулируют. Он убеждал себя, что это единственный способ защитить мальчика от Песочного человека и Алана Линча. Но пилюля от этого слаще не стала.
Эрик Бомон сидел на кровати понурившись, словно его поймали, когда он делал что-то предосудительное. Ротштайн сидел на подоконнике справа от кровати. Он был похож на старшего брата Эрика. С другой стороны кровати устроилась бабушка.
Джек стоял в ногах кровати, в его голове роились странные голоса. Он вспомнил тот день в Вермонте, когда вошел в похожую палату, чтобы поговорить с Дарреном Нигро.
– Привет, Эрик! – Он старался, чтобы голос звучал нейтрально. – Меня зовут Джек Кейси.
Мальчик неловко поерзал на кровати. Его лицо опухло от сна и лекарств, и на нем были заметны следы от подушки.