— Представляю. — Саймон оглядел бассейн. — Где твоя подружка?
— Элиан? — Филип махнул рукой в сторону отеля. — Переодевается. К обеду. Потом будет переодеваться к бассейну, а дальше к ужину. Мается с тряпками каждые три часа.
— «Элль»?
— «Вог».
— А-а.
— А еще говорят, что это женщины — дряни, — засмеялась Николь и поглядела на часы. — Chèri, надо собирать людей на обед. Все здесь, нет?
— Еще не видел Билли Чандлера, но можно начинать и без него.
Саймон с Эрнестом встречали и рассаживали по столикам разомлевших от солнца и вина гостей. Саймон заметил, как увлеченно разглядывает Франсуаза из окна наряды гостей: блестевших кремом для загара рекламных дам, набросивших поверх купальников длинные рубашки или платки; девиц из журналов в черном, кажущихся от этого старухами; Анджелу, затянутую в вишневого цвета узкое короткое платье; темноволосую коротко подстриженную Элиан, которая, видимо, тоже была в Бора-Бора, в ярко-зеленом балахоне с разрезом до бедер. Дальше шли мужчины: кроме Филипа, одетого в белые брюки и рубашку, остальные следовали моде дня — щеголяли в длинных шортах и вылинявших майках. Своего рода снобизм наизнанку, подумал Саймон, — ну прямо чернорабочие, которым случайно повезло, если бы не окружающие их женщины, диковинные часы на руках да стоящие поблизости машины.
Подождав, когда все рассядутся, он постучал вилкой по бокалу.
— Я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы смогли добраться сюда из Лондона, Парижа и Канн, чтобы вместе с нами отпраздновать открытие отеля. Надеюсь, вы познакомились с Николь и Эрнестом, которые взвалили на себя всю работу. Но вы еще незнакомы с нашим шеф-поваром, мадам Понс. — Он протянул руку в сторону кухни. Стоявшая в дверях мадам Понс подняла бокал. — Это такая женщина, что, отведав приготовленные ею блюда, мужчины застонут от удовольствия. Вечером у нас будет небольшой прием, и там вы познакомитесь с некоторыми из местных жителей. А пока что, если что потребуется, просите любого из нас. Когда разъедетесь по домам, рассказывайте всем о нашем отеле. Что-что, а деньги нам нужны.
Саймон сел, вошли официанты, и шумное застолье пошло своим чередом. Поглядев на мелькающие на лицах гостей смягченные зонтами солнечные пятна, он, улыбаясь, обернулся к Николь. Обед на открытом воздухе теплым летним днем, открывающийся взору великолепный вид — что может быть лучше? Кажется, отель всем очень понравился. Испытывая блаженный покой, он достал из раковины первую крошечную мидию и, обмакнув в майонез собственного приготовления, поднес ко рту.