С этим внутренним ощущением некоторой неловкости он и попрощался с ними вежливой улыбкой, когда покидал салон, переходя в «присосавшуюся» к открытой двери люка огромную гофрированную трубу- переход в зал аэропорта, в конце которой наверняка уже топтался истомившийся в ожидании...
А вот и он сам, отставной генерал Питер Реддвей — крупный, высокий пожилой мужчина, таскающий на своих ногах, по нашим понятиям, до ста шестидесяти килограммов живого веса, а по американским представлениям, порядка четырехсот фунтов, бывший заместитель директора ЦРУ и, соответственно, лютый враг советского народа, поскольку в Центральном разведывательном управлении друзей Советского Союза отродясь не было. И старина Пит не был исключением до тех пор, пока на одной шестой части суши тоталитарный режим не сменился победившей демократией. Что это за демократия — другой разговор. Это даже скорее любопытная тема для беседы в хорошем, дружеском застолье, и не в ней в конечном счете суть. А в том, что когда в середине девяностых годов президенты стран, только что переживших «холодную войну», обнаружили нового, теперь уже общего врага — международный терроризм и решили объединить в борьбе с ним совместные усилия, приняли решение образовать Центр подготовки специалистов по антитеррору. Руководителем этой новой секретной школы и стал Питер Реддвей, а его первым заместителем — от России Александр Турецкий. Вот так они и познакомились. И с тех пор старина Пит не стеснялся оказывать «своему искреннему другу Алексу» всевозможные и также исключительно дружеские услуги и профессиональную помощь в розыске беглых преступников, в установлении рабочих контактов со спецслужбами Соединенных Штатов и так далее и тому подобное. Питер не раз посещал Москву, познакомился с друзьями Турецкого— Грязновым, Меркуловым, ребятами из агентства «Глория», которые и ему, американцу, постоянно проживающему теперь в Германии, в маленьком городке у самого подножия Альп, Гармише-Партенкирхене, где и расположен международный Центр, помогли однажды в розыске уникального, сделанного по специальному заказу ему в подарок от фирмы Форда, автомобиля>>[1]. Словом, всякое бывало.
Питер стоял, загораживая своей мощной фигурой весь проход, и не чувствовал никакого дискомфорта. Прилетевшие пассажиры, с явным недоумением на лицах, обходили эту чудовищную махину чуть ли не бочком. А Питер привычно размахивал руками и орал, будто влюбленный слон:
— Алекс! Я уже тут! Я встречаю! Ты видишь меня?
Не видеть было невозможно. Люди невольно отшатывались — это ж надо кричать так громко и по-русски! — пожимали плечами, ухмылялись и шли дальше, обтекая неожиданное препятствие.