Дженифер всегда удивлял этот житейский парадокс. Ей хотелось понять и разрешить аналогичный парадокс в ее отношениях со Стивеном. И как можно быстрее. Срочно. Лучше всего — в течение ближайших трех дней.
Она подождала, пока родители соберутся на кухне приготовить ужин. Отец занимался нарезкой овощей. Мать жарила отбивные, успевая по ходу подвергать критике действия мужа и давать полезные советы по тому, как держать нож и лучше резать. Отец терпеливо отшучивался и иногда огрызался, отстаивая свои права на самостоятельное видение кухонной проблемы, угрожая в противном случае саботажем, забастовкой и уходом с рабочего места.
— Послушайте, родители, — вмешалась она в дискуссию, — мне любопытно узнать, как вы умудряетесь жить так дружно столь долгое время и при этом постоянно ссориться из-за всяких пустяков.
— Опыт, дорогая, — усмехнулся отец. — Сорок лет практики. Правда, за это время нам часто приходилось расставаться в связи с моими уходами в плавание, порой надолго. Так что каждая последующая встреча выглядела как первое свидание. Это тоже продлевает любовь. Но ничего, и к тебе это умение придет. Вот выйдешь замуж за Стивена…
— Я? Замуж? О чем ты говоришь? Я вообще его сюда не приглашала.
— А это неважно, — вмешалась мать. — Главное, что он последовал за тобой. И важно то, что он любит тебя.
— Что?
— Ну не делай вид, что ты этого не заметила. Влюблен по уши. Самым натуральным образом. Это даже слепой заметит.
— Мама, не надо фантазировать.
— Я не фантазирую. — В этот момент миссис Локсли получила тычок в бок от мужа и предупреждающий взгляд. Она тут же сбавила обороты и переключилась на мужа: — Дэнни, шел бы ты с кухни куда-нибудь и занялся чем-нибудь более полезным.
— Пожалуйста. Займусь-ка я лучше поливом георгинов. — И он гордо удалился.
— Мама, ну как ты можешь так обращаться с отцом. Даже если у него что-то не получается. Он же хочет тебе помочь.
— Не обращай внимания. Это старая семейная игра. Он просто очень устал, вымотался изрядно за последнее время, но хорохорится и даже пытается мне помогать. Поэтому-то я его и выжила с кухни таким образом. Пусть отдохнет хотя бы немного. Да и вообще, кухня — это женская епархия.
— Значит, говоришь, игра.
— Да, маленькая семейная игра. Искусство совместного проживания. И любовь друг к другу.
— Наверное, мне этого никогда не понять и не научиться.
В этот момент дверь кухни открылась и в образовавшемся проеме возникла голова Стивена.
— Я могу чем-то помочь? — Он заметил доску для резки овощей и оставленный отцом нож и уверенно продолжил: