Дорогой кузен,
Уверена, вы признаете, что нежный взгляд иногда — ничто иное, как нужды и желания тела. Временами, нежный взгляд — даже важнее, чем отстаивание своего мнения ценой супруга.
Ваша романтично настроенная кузина,
Шарлотта
Луиза не знала, что подумать или сказать на его ошеломляющее признание.
— Это имеет отношение к той битве, в которой ты сражался с капитаном Куином?
Саймон взглянул на неё затуманенными глазами.
— Как ты узнала?
— Сегодня ты откровенно не желал обсуждать это, — Луиза примостилась на краю стола, и Раджи устроился у неё на коленях. — Жена Колина погибла в этом сражении, да?
— На самом деле, она умерла перед самым его началом, от рук маратхов. Они были наёмниками пешва.
— Что за пешва?
— Своего рода премьер-министр некоторой территории Индии. Баджи Рао [40] был пешва и приказал своим маратхам совершить набег на Пуну. Они сожгли британскую резиденцию дотла, потом слонялись по городу, грабя и убивая. Выбор пал на жену Колина, так как она была наполовину англичанка и замужем за моим адъютантом.
— Поэтому ты и клянёшь себя за её смерть? — спросила Луиза, положив свою руку на его.
Сбросив руку, Саймон резко поднялся, чтобы пройтись.
— Хотелось, чтобы было так. Но нет, моя роль была… постыднее.
Он ужалил её, отказавшись от поддержки, но Луиза постаралась не выказать боли, когда поглаживая шелковистую шерстку Раджи села и стала ждать.
Когда он вновь заговорил, голос его звучал спокойно и отстраненно.
— За несколько недель до налёта маратхов, Колин рассказывал мне, что его жена отправилась в Пуну навестить мать и слышала, как на базарной площади вовсю говорят о бунте. Пешва был зол на англичан, что те убедили его подписать договор.
Он шагнул к геродону [41] и налил себе немного бренди из графина.
— Поэтому я расспросил пару офицеров, уроженцев этих мест. Они заверили меня, что в Пуне все спокойно. «Пешва будет глупцом, если устроит бунт», — сказали они. — «Он знает, что британская армия очень сильна».
Саймон резко рассмеялся.
— Я было подумал, что они могли быть замешаны в предполагаемом восстании, но то были глубоко уважаемые офицеры. Тогда как у Колина были все мотивы гневаться на англичан. Я самонадеянно посчитал, что он преувеличивает ситуацию.
Он глотнул немного бренди.
— Я сам обсуждал условия соглашения с пешва. Двое других пешва, казалось, были абсолютно довольны договорами. Значит, какие у Баджи Рао причины противиться соглашению? — его тон стал самоуничижительным. — В конце концов, я же был могущественным генерал-губернатором. Я знал абсолютно все, что творится на подвластной мне территории.