– Смотри.
Джулия вгляделась в протянутые
картины. Эти были небольшие и без рам: на первой был нарисован Алекс и
незнакомый мужчина с еще более светлыми глазами, чем у Ричарда – оба в странных
балахонах. На второй – стая крупных белых собак, каждая смотрела на Джулию,
словно та была в ответе за все беды мира. Она поскорее убрала рисунок прочь. На
третьей стоял некто в бесформенном плаще, лицо так и не было закончено; над
фигурой, раскинув крылья, застыла белая птица. Девушка вернулась к первому
рисунку. Кто этот незнакомец рядом с Алексом? Мог ли он что-то знать о
покушении? Слишком молод, чтобы Изабелла звала его Дедом, но вряд ли девочка
случайно поместила его бок о бок с Алексом.
Джулия хотела задать вопрос, но в
этот момент неподалеку зазвучали шаги.
Она не
удивилась, кровь и без того была перенасыщена страхом. Звук гулко метался между
стенами. Едва ли Каталина Чесбери носила туфли на подкованных каблуках, так что
ее призрак можно было исключить. Как чеканит шаг – словно на плацу. Элинор и
Виктория слишком хрупкие. Очередная эскапада Ричарда? Гарцевать в женской обуви
по каземату – занятие как раз в его духе. Всё это пронеслось в ее голове за
считанные секунды, пока оборачивалась Изабелла.
Когда
Джулия увидела ее лицо, оглушение резко спало.
– Это за
мной, – прошептала девочка. Она схватила одну из картин, замотала в кусок ткани
и втиснула сверток в сжатые руки Джулии. – Иди! Ты... Ты мне очень нравишься. Я
бы хотела подарить тебе другой рисунок!
Дверь хлопнула почти рядом.
– Направо
по коридору, а потом вниз по всем лестницам. Там есть выход, он сразу во двор!
Изабелла
кинулась обратно в мастерскую, затем вернулась, ухватила застывшую Джулию и
вытащила ее в коридор. Шаги приближались. Теперь можно было с уверенностью
сказать, что это не Ричард на дамских шпильках, и даже не старина Эшби.
– Быстрее!
Вон туда вниз, по винтовой лестнице! – Девочка еще раз указала ей направление и
юркнула обратно в каземат.
Жалобно
взглянув в пустоту, Джулия обнаружила, что деваться ей некуда. Либо она
заставит себя двигаться, либо удостоится чести лицезреть того, кто поднимается
по лестнице с противоположной стороны.
Не чуя под собой ног, девушка понеслась
вниз.
* * *
Чем быстрее
она бежала, тем острее становился ужас. Это было единственное воспоминание о
спуске из башни. Когда Джулия навалилась спиной на ледяные створки закрывшихся
ворот, ее пальцы по-прежнему сжимали завернутую в мягкую тряпицу картину. Девушка
пнула ограждение. Ошеломленный взгляд Изабеллы намертво приклеился к внутренней
стороне ее черепа, наконец-то вытеснив белокаменное лицо Уэйнфорда. Она
оттолкнулась от витых прутьев и быстро зашагала вниз по дороге. Через несколько
метров ее нагнало раскаяние.