Тарег устал. Шлепнулся под брошенное - в грудь метили, уже не до шуток - копье, покатился по камням. Последний раз он так прыгал в Красном замке. Но в Красном замке его выручил человек. Аммар.
Земля под ним затряслась - налетали конники. Новые вопли, резкие крики, свист.
- Вон они! Бейте воров! Они угнали нашу лошадь!
Люди Азама заорали в ответ и бросились кто врассыпную, а кто наперерез нападающим.
Мутайр нашли, где переправиться через вади. Отлично, теперь людям Азама будет чем заняться и без сумеречника. Все, красавцы, разбирайтесь без меня.
Тарег пригнулся и быстро побежал, лавируя между дерущимися. Прочь, прочь отсюда. В становище гвардейцы, в пустыне - обозленные хозяева Дахмы. Нужно держаться подальше от тех и других.
Отбежав на приличное расстояние в ночь, Тарег с облегчением выдохнул и ссыпался на землю, оползая спиной по одиноко стоявшему высокому камню.
Камень оказался теплым и мягким, зашевелился, сдвинулся, и нерегиль упал навзничь.
- Ты очень вольно толкуешь свои обещания, рррр... - из темноты склонилась огромная, красноглазая, капающая слюной морда Манат. - Давал слово не бросаться, а бросился, ррррр...
Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза - он, лежа на спине, она, нависая, как над цыпленком.
- Пр-ррибавляю, - наконец, прорычала Манат, и Тарег заорал, потому что когтистая лапища вцепилась ему в волосы и вздернула на ноги:
- Миледи! Ай!.. Что вы делаете?!..
- Прр-рибавляю к оставшимся двум услугам трр-ретью... - проклацала пасть. - Слушай мой приказ, Стрелок!
И Манат нагнулась, проходясь по брылям длинным розовым языком:
- Рррр...
- Миледи! - глупо задрыгался он, тщетно пытаясь отвернуться от надвигающихся, обвисших слюной челюстей. - Что за шутки! Мы на такие услуги не договаривались! Найдите себе другого охотника целоваться!
Если не загрызет сейчас - значит, никогда не загрызет. А если загрызет, то сейчас, не откладывая. Такой наглости, как у тебя, Полдореа, боги не спускают.
- Д-дурр-рак! - рявкнула богиня, на мгновение замерев. - Я тебя не поцелую! Я тебя загрызу!
И, разинув пасть, прихватила зубищами горло.
Мустафа, скособочась на спине лошади - достали дротиком в бок, суки, да и вся грудь в кровище, исполосована, рубаха клочьями висит - повелительно махал рукой: давайте, давайте, мол, скорее, обдирайте трупы и убираемся отсюда!
Они узнали самое главное: Дахму угнал Авадов черномазый сынок. Хотел завернуть в становище, но - прохрипел зиндж-невольник прежде чем испустить дух - поспорил со своими и решил убраться с бесценной добычей подальше. Ну что ж, далеко не уедет - все посредники, способные выложить деньги за кобылу-жемчужину, сидят сейчас в аль-Румахе. Дальше ярмарки не уедешь, Антара ибн Авад. Кобыла приметная, как приведешь ее, - сразу пойдут разговоры. И мы тебя сцапаем.