Сколько это длилось, пораженные до глубины души люди не смогли бы ответить. Быть может, мгновение. А может, и целую вечность. Прямо на их глазах творилось настоящее чудо. По каким-то причинам прямой проход в Степи внезапно начал закрываться, отсекая проклятые богом земли от свободного Валлиона. Горы кряхтели, натужно стонали, содрогались до основания, с усилием смыкая края этой болезненной язвы. А когда проход полностью закрылся, выпустив в небеса многочисленные струйки черного пепла, то точно такие же струи внезапно вспыхнули по всем их склонам. По всем уступам. Брызнули изо всех мало-мальски глубоких щелей и пещер. Отовсюду, где еще прятались и пережидали светлое время Твари. Везде, где они рискнули затаиться. Но рискнули бесполезно — необычная сила Хозяина выживала их из всех нор, изо всех дыр, из-под каждого камня. Просто выжигала, как благословенное, живительное и смертоносное для нежити солнце. До тех пор, пока Горы, наконец, не вздохнули свободно и не расправили свои отлогие склоны, с облегчением очнувшись от многолетнего сна.
Однако на этом Хозяин не остановился: отняв руки от земли, он неожиданно сел, скрестив ноги и странно сложив пальцы в щепотку, а потом вдруг поднял лицо к безоблачному небу и… запел. Невероятно чистым, легким, поразительно звенящим голосом, который уже очень и очень давно не радовал эти суровые скалы. От него у каждого, кто только оказался рядом, начинало взволнованно колотиться сердце. От него становилось легко на душе. От него уходили печали, тревоги, сомнения. И в нем растворялось былое недоверие ко внезапно ожившей сказке.
Под изумленными и неверящими взглядами прямо на голых камнях начала пробиваться свежая, изумрудно зеленая трава. Она стремительно разрасталась, отвоевывая для себя все новые и новые пространства. Она немедленно пошла в рост. Она, как живая, вдруг полезла на безжизненные скалы, и в считанные мгновения все Горы, насколько хватало глаз, покрылись совершенно новым, радующим глаз, зеленым покровом. Они ожили, как могли бы сказать поэты. Они по-настоящему ожили. После стольких лет забвения. После стольких веков ожидания. Но они все-таки ожили. И теперь с какой-то необъяснимой нежностью смотрели на склонившегося у их подножия человека, благословляя его и молчаливо благодаря.
А потом все внезапно закончилось.
Потом Хозяин снова поднялся, коротко поклонившись пришедшим на его зов Хранителям.
Потом Серый кот, Фарлионская кошка и величественный Равнинный Олень так же медленно и неторопливо удалились. За ними, слегка пошатнувшись от слабости, забрался на своего великолепного скакуна загадочный Хозяин. Вскочившие на коней Фантомы, на шлемах которых внезапно блеснули странные клейма, плотно окружили своего господина. И, наконец, под тихий шепот ветра и благоговейное молчание Гор неспешно удалились, оставив после себя лишь идеально ровный, как будто выжженный слепящим светом круг, широкую полосу только что народившейся травы и легкий запах недавно прошедшей грозы, в котором еще долго витал аромат нераскрытой тайны.