Динг сел в баре и заказал пиво. Через пять минут открылась дверь черного хода, и в бильярдную вошел Доминик. Он подошел к бару, тоже взял пиво, выбрал столик и сел.
В пять минут восьмого парадная дверь открылась, и в бильярдную вошел Хади. Нервно озираясь, он остановился около двери. Доминик поднял бутылку с пивом над головой и кивнул Хади. Тот замялся немного, но потом направился к Доминику.
Парадная дверь снова открылась. Появился водитель «Ланчии». Как и Хади, он на полминуты застыл около двери, разглядывая помещение. Его рубашка была расстегнута, и на правом бедре у него Чавес заметил хорошо узнаваемую рукоять. Впрочем, он перестал вертеть головой, как только увидел Хади, подходившего к столику Доминика, и быстро шагнул следом за ним. Чавес пропустил его мимо себя и быстро поднялся из-за стола.
— Где мои деньги, г…нюк? — громко сказал Чавес по-португальски.
Незнакомец обернулся и стиснул кулаки.
Чавес, приговаривая: «Полегче, полегче…», поднял руки к плечам и от души врезал противнику по носу. Тот качнулся назад, но Чавес мгновенно всадил ему большой палец в ямку под горлом, между ключицами. Незнакомец упал. Прочие посетители с любопытством наблюдали за происходившим, но не вмешивались. Долги есть долги. В глубине помещения Доминик тоже был на ногах и шел вместе с Хади к черному ходу. Чавес шагнул к лежавшему на полу человеку из «Ланчии», наступил на его правую руку и выдернул оружие из-за пояса.
— Говоришь по-английски?
Тот что-то пробормотал.
— Кивни, если говоришь по-английски.
Лежавший кивнул.
— Поднимайся, или я пристрелю тебя прямо здесь.
Доминик ждал в переулке. Уже совсем стемнело. Слева проход упирался в стену, в которой посередине чернел вход на уходившую в темноту лестницу, справа, ярдах в двадцати, проходила улица.
Хади стоял, прислонившись к кирпичной стене возле череды мусорных баков. Доминик уже успел вынуть оружие и приставил его к бедру пленника. Чавес выволок за шиворот водителя «Ланчии» и ткнул в стену рядом с Хади.
— Кто вы такие? — спросил Хади.
— Заткнись! — рявкнул Доминик.
Чавес краем глаза разглядел, что пальцы Доминика прямо-таки пляшут на рукояти пистолета.
— Спокойно, Дом. — Он поднял с мостовой обрывок газеты и сунул водителю «Ланчии». — Нос утри.
— X… тебе!
Дверь, из которой они только что вышли, распахнулась. В тусклом свете обрисовался силуэт в нескольких футах от порога. Человек указывал на них рукой. Чавес дважды выстрелил ему в грудь, и человек опрокинулся на спину. Чавес с силой захлопнул дверь.
— Пошли, Дом. — Он повернул дуло пистолета в сторону Хади и «Ланчии». — Вперед!