За окнами было тихо и тепло. Воздух застыл в неподвижности, умолкли волны, не шевелились деревья, в небе давящей завесой раскинулись облака. Тьма сгустилась быстрей обычного, на западном небосклоне потухли все закатные краски. Такое недоброе, гнетущее затишье бывает нередко перед самой сильной бурей.
Когда я сел за книги, голова у меня работала необычайно ясно, а на душе было приятно оттого, что в леднике лежали припасенные пять окуней и назавтра явится фермер, который рано утром привезет свежий хлеб и яйца. Вскоре я с головой ушел в занятия.
С течением времени затихали последние ночные шумы. Угомонились даже бурундуки, перестали скрипеть половицы и стены. Я все читал, пока из сумрачных глубин кухни не донесся хриплый звон часов, пробивших девять. Ну и гром! Звук походил на удары тяжелого молота по наковальне. Я закрыл книгу, открыл другую, начиная входить во вкус работы.
Однако надолго меня не хватило. Вдруг обнаружилось, что я перечитываю дважды самые несложные параграфы, не требовавшие такого внимания. Мысли стали рассеиваться; чтобы призвать себя к порядку, приходилось прикладывать все больше усилий. Сосредоточиться никак не удавалось. Дошло до того, что я перелистнул две страницы вместо одной и далеко не сразу обнаружил свою ошибку. Пришлось серьезно задуматься. Что меня отвлекает? Никак не физическая усталость. Напротив: мозг был необычайно бодр и готов к восприятию. Я снова приказал себе взяться за чтение и на краткий срок сумел забыть обо всем остальном. Но вот я опять откидываюсь на спинку кресла, обводя комнату пустым взглядом.
В моем подсознании явно что-то творилось. Очевидно, я допустил какую-то оплошность. Может — забыл запереть заднюю дверь или окна. Я пошел посмотреть: все задвижки были закрыты! Может — поворошить дрова? Нет, огонь горел ровно! Я осмотрел лампы, осмотрел наверху все спальни, обошел вокруг дома, заглянул даже в ледник. Все было в полном порядке. И все же что-то было не так! Это убеждение крепло во мне с каждой минутой.
Усевшись наконец за стол и снова взявшись за книги, я заметил впервые, что в комнате словно бы тянет холодом. Между тем весь день стояла гнетущая жара, и вечер не принес облегчения. Кроме того, шесть больших ламп давали более чем достаточно тепла. И все же с озера веяло зябкой свежестью, пришлось встать и закрыть застекленную дверь на веранду.
Я немного постоял, глядя наружу, на поток света из окон, который выхватывал из темноты тропинку и небольшой участок озера.
И тут в дорожку света на воде вплыло каноэ, мгновенно ее пересекло и скрылось во тьме. Оно находилось в сотне футов от берега и двигалось с большой скоростью.