Он стонет, плюется, но я не выпускаю ножа — на шее Прентисса уже появился маленький порез.
— Ты нужен моему отцу, — наконец выговаривает он.
— Зачем? Зачем мы ему понадобились?
— Вы? — Он выпучивает глаза. — При чем тут вы, придурок? Ему нужен ты, Тодд! Только ты!
Я не верю своим ушам:
— Что?! Зачем?
Прентисс-младший не отвечает. Он смотрит в мой Шум. Смотрит и что-то ищет…
— Эй! — Наотмашь бью его по лицу. — Я задал тебе вопрос!
А он опять улыбается. Поверить не могу: улыбается, черт подери!
— Знаешь, что говорил мой отец? — злобно и насмешливо спрашивает он. — Хороший нож хорош только в умелых руках.
— Заткнись.
— Надо отдать тебе должное, дерешься ты неплохо. — Он все улыбается, из пореза все течет кровь. — А убивать не умеешь.
— Заткнись!!! — ору я, но он-то видит в моем Шуме, что я уже слышал эти самые слова от Аарона.
— Ах так? И что же ты сделаешь? Убьешь меня?
— УБЬЮ! Вот увидишь, УБЬЮ!!!
Прентисс-младший только слизывает с губ дождь и заливается смехом. Я припечатал его к земле и приставил нож к горлу, а он смеется.
— ХВАТИТ! — ору я и приподнимаю нож.
Он продолжает смеяться, а потом вдруг смотрит на меня и говорит…
Говорит…
Говорит вот это…
— Хочешь расскажу, как громко Бен с Киллианом умоляли меня о пощаде, пока я не влепил им по пуле между глаз?
Мой Шум вспыхивает алым.
Я стискиваю нож, готовясь нанести удар.
Я убью его.
Убью, слышите?
И…
И…
И в самый ответственный момент…
Когда я замахиваюсь ножом и подношу его к горлу Прентисса…
Ровно в ту секунду, когда вся власть в моих руках, когда я могу сделать что угодно…
Я мешкаю…
Опять!
Мешкаю…
Всего на один миг…
Но черт бы меня побрал…
Черт бы побрал меня и мою трусость…
Потомушто именно в этот миг Прентисс-младший ударом обеих ног скидывает меня на землю и бьет локтем в горло. Я сгибаюсь пополам, хрипя от боли, и чувствую, как он вырывает нож из моей руки…
Проще простого — как конфетку у ребенка отобрать.
— Ну, Тодд, — говорит он, вставая надо мной, — теперь я покажу тебе, как надо орудовать ножом.
24
Гибель никчемного труса
Я это заслужил. Я все испортил и заслужил наказание.
Будь у меня сейчас нож, я бы убил себя. Хотя что я говорю, никого бы я не убил — кишка тонка…
— Ну ты учудил, Тодд Хьюитт, — говорит мистер Прентисс-младший, разглядывая мой нож.
Я стою на коленях в грязи, схватившись за горло и пытаясь дышать.
— Сначала поборол меня в драке, а потом взял и все продул! — Он поглаживает клинок пальцем. — Дурак и трус.
— Кончай уже, — бормочу я.
— Что-что? — Прентисс-младший снова улыбается, его Шум сияет радостью.
— КОНЧАЙ, ГОВОРЮ!!!
— О нет, я не собираюсь тебя убивать, — говорит он, сверкая глазами. — Мой па этому не обрадуется, верно?