,— голос мой при этом кажется внешне спокойным, но по-настоящему я прихожу в чувство лишь тогда, когда узнаю голос на другом конце провода, равно как и то, что ему от меня нужно.
Это усилие по преодолению, чисто животного рефлекса и страха оказывается столь эффективным, что когда в два часа ночи позвонила моя невестка и попросила меня немедленно приехать к ней, но предварительно уведомить полицию о том, что она только что убила моего брата, я лишь спокойно осведомился у нее, как и почему она убила Андре.
— Но Франсуа! Не могу же я объяснить это тебе по телефону. Пожалуйста, сообщи в полицию и приезжай.
— А может, Элен, я сначала загляну к тебе?
— Нет-нет, сначала сообщи в полицию, иначе они станут задавать тебе свои каверзные вопросы. У них и без того будет немало причин усомниться в том, что я проделала все это в одиночку… Да, кстати, я полагаю, тебе надо будет сказать им, что Андре… что тело Андре там, на фабрике. Возможно, они захотят сначала поехать именно туда.
— Ты говоришь, что Андре сейчас на фабрике?
— Да… под паровым молотом.
— Под чем?
— Под паровым молотом! Только не задавай сейчас слишком много вопросов. Пожалуйста, Франсуа, приезжай побыстрее! Пожалуйста, поверь, мне так страшно… мне кажется, что я не в силах выдержать все это!
Вам никогда не приходилось разговаривать с заспанным полицейским и объяснять ему, что только что вам позвонила невестка и сообщила, что убила вашего брата паровым молотом? Я принялся было повторять это ему еще раз, но он перебил меня:
— Да, месье, да, я слушаю вас… но кто вы такой? Как вас зовут? Где вы живете? Я спрашиваю, где вы живете!
В этот момент трубку, а вместе с ней и все дело взял на себя комиссар Шара. Он, как мне показалось, понял всё, что ему было сказано. «Не смогу ли я подождать его? Разумеется, он захватит меня и мы вместе поедем домой к моему брату. Когда? Ну, минут через пять-десять».
Я едва успел впрыгнуть в брюки, натянуть свитер, схватить плащ и шляпу, когда в мою дверь уткнулся свет фар черного «ситроена».
— Полагаю, месье Деламбр, у вас на фабрике имеется ночной сторож. Это он позвонил вам? — спросил комиссар Шара, отпуская сцепление; я уселся рядом с ним и захлопнул дверь.
— Нет, не он. Впрочем, брат вполне мог пройти на фабрику через свою лабораторию, где часто засиживался допоздна… а иногда оставался и на всю ночь.
— Работа профессора Деламбра имела отношение к вашему бизнесу?
— Нет, мой брат работает, точнее, работал, по заказам министерства авиации. Ему хотелось куда-нибудь уехать из Парижа, но все же поддерживать с ним связь, чтобы квалифицированные механики могли приезжать к нему и помогать налаживать ту или иную технологическую новинку. Вот я и предоставил в его распоряжение один из старых цехов нашей фабрики, где он и поселился, — цех соорудил еще наш дед, он располагается на холме позади основного здания фабрики.