Жемчужина Санкт-Петербурга (Фернивалл) - страница 109

Когда лампу потушили, они точно перенеслись в иной мир. В мир, в котором правили демоны, скрывающиеся от дневного света. Небольшая группа снова расположилась на земле кружком, прикасаясь друг к другу.

— Попытайтесь заснуть, — приказал Йенс.

Он присел рядом с Валентиной, снял с себя пальто и накинул на нее.

— Спасибо. Давайте вместе укроемся, — предложила она.

В полной темноте она почувствовала прикосновение его руки, когда он расстилал тяжелое пальто у них на коленях. Когда со временем голоса затихли, непрекращающийся беспокойный шум воды заполонил ее разум, и она стала представлять, как вода начнет подниматься, медленно и неумолимо, но потом незаметно заснула.

— Тише.

Голос Йенса раздался над самым ухом Валентины. Глаза ее тут же распахнулись, но не увидели ничего, кроме темноты.

— Тише, — снова шепнул он.

Она почувствовала, что он склонился над ней.

— Вы стонали во сне. Приснилось что-то плохое?

— Да.

— Ничего удивительного. Это место располагает к плохим снам.

В густой, как смола, темноте Валентина не могла различить его лица, но услышала, как он сглотнул, и почувствовала на своих устах мягкое прикосновение его губ. Но прикосновение это продлилось какой-то миг, не более. Она даже не была уверена, не почудилось ли ей это. Она неуверенно коснулась его лица, пальцы ее нашли его высокий лоб, потом прошлись по ровной линии брови и скользнули ниже, чтобы почувствовать веко и густую бахрому ресниц. Никогда раньше она не прикасалась к лицу мужчины.

Йенс негромко произнес:

— Им придется расчистить туннели, по которым мы можем выйти, и откачать из них воду.

Она осторожно вздохнула, втягивая в себя воздух, которым они дышали вместе.

— Знаете, чего мне сейчас хочется? — спросил он.

— Чего?

— Четыре кусочка холодного свежего ананаса, сладкого и сочного. Два для меня и два для вас.

Она от удивления усмехнулась.

— А теперь спите, — мягко произнес Йенс. — Ничего плохого вам больше не приснится. Не волнуйтесь, я буду прислушиваться к воде.


Вода начала подниматься, как и предвидел Йенс. Его острый слух уловил перемену в ее звучании задолго до того, как она достигла их. Отдаленный грохот передался по трубам системы — это открылись и закрылись шлюзы, перенаправляя воду. Чтобы спасти попавших в ловушку людей, нужно было опорожнить несколько туннелей, и теперь гул воды сделался громче.

— Не теряйте спокойствия! — громко произнес Йенс. — Как только волна пройдет через эту камеру, мы сможем подняться в туннель над нами и оттуда выйти наружу. Берегите головы, потолок будет совсем близко. Держитесь рядом и не отпускайте веревку. — На самом деле это была не веревка, а их ремни и пояса, крепко связанные вместе. Это было нужно для того, чтобы никого не унесло течением.