Мне в спину, раздвигая пространство, полетели холодные иглы. Чьи? Шаг в сторону и танцевальный разворот. Достаточно быстро, хотя и без вдохновения. Широко раскинув руки и зло рассмеявшись, я ушла с траектории их стремительного полета.
Мгновения тянулись как застывающая смола. Я уже не воспринимала схватку как нечто реальное. Где-то очень-очень далеко раздавался звон клинков, шелест, вой и рев магии, дрожала Вуаль, скрежетали по окровавленному камню лапы идущих стройными рядами членистоногих тварей, стонали стены Замка и содрогалась реальность. Торжествующая мелодия уничтожения вливалась в кровь и медленно сочилась из порезов…
Боги мои… за плату мою… я сделаю… что? Освобожу…
Дергаясь и шатаясь, нечто бывшее принцем Динаром приближалось… Пустое и безжизненное, подчиняющееся беспрекословно. Я знаю, что это? Да!
Пульсация в окровавленной ладони нарастала, разливаясь по всему телу, концентрируясь в груди. Я, одной рукой касаясь невидимой нити, шагнула навстречу опускающемуся сверху клинку. Привычно-гибкое движение чуть в сторону — и зачарованное лезвие вновь вонзается в пол. Плитка разлетается, один из осколков чиркает по щеке, но маска Охотницы продолжает движение. Вперед и влево, из-под вновь поднимающегося меча. Вплотную, на расстояние ладони… Коснувшись широкой груди, позволяю огоньку моего сердца впитаться и тихо шепчу:
— Уходи… уходи домой, тварь.
И взращенная в груди принца куколка, не проявлявшая себя, пока тот был жив, и сейчас заставлявшая мертвеца двигаться, лопнула, как пустотелый пузырь. Все же это нежная тварь. Была! Ей хватило всего одного Огня сердца… Принц мгновенно упал с деревянным стуком, будто давно закоченел.
А теперь с-следующий! Резко разворачиваюсь, ловя остатки собственной Силы. Рука вспорхнула над истончающейся нитью контроля, по которой промчалась, мимоходом задев капитана Трисс, волна отдачи. Пара шагов в сторону от оседающего капитана, к которой тут же бросилась пара самоотверженных подчиненных, короткий выдох…
И в груди расправляет крылья холодный голод верей-аали. Наследие…
Леран все пытается перехватить контроль над поднятыми телами, и, пожалуй, в любом другом случае у него бы получилось, но сейчас… Момент явления кукловодом был выбран очень удачно. Силы на исходе. У всех… и у меня тоже. Тяжесть в ногах становится невыносимой, и я опускаюсь на пол, пропуская над головой комок бесплотной, но смертельной ненависти. Гляжу прямо в серое лицо некроманта… и улыбаюсь, слизывая с губ капли крови.
Голод и холод…
Зачем пытаться перехватить, когда можно разорвать? И даже не разорвать, а поглотить. Лед неторопливо расползается от кончиков пальцев, подбираясь к подолу темной мантии замершего посреди зала чародея. От сияющих вокруг него Щитов боль в висках становится пронзительно-тошнотворной. Но я контролирую, контролирую остатки чужой Силы… это всего лишь одна из масок, жадная до чужого тепла хищница… Островок медленно расширяется, просачиваясь между мельтешащими вокруг существами.