—
Ну, поехали! — тяжело вставая, вздохнул отец Флавиан. — Сергей! Мы завтра вас
проведаем обязательно, подумайте пока, что вам сюда из вещей или продуктов
привезти!
—
Спасибо, батюшка! — Сергей осторожно поднял Дашу на руки и тихонечко положил на
небольшой диванчик в той же комнате. — Вроде бы, всё есть пока!
—
Ну, хорошо! Не провожай, будь с девочкой!
—
Батюшка! Благословите! — Сергей сложил свои мозолистые ладони и протянул их под
благословение священнику.
—
Господи! Благослови раба Твоего и огради его от всякого зла! — широким крестом
осенив Сергея, произнёс игумен Флавиан. — С Богом, Серёжа!
—
С Богом, батюшка!
—
Так, поп уехал — понял, Эдик! — Якуб сунул мобильник в карман и повернулся к
заднему сиденью. — Эй, Магомед, воин Аллаха, вставай, бери свой кинжал, пошли
работать!
Оставшись
в комнате вдвоём с уснувшей Дашей, Сергей первым делом достал из куртки
пистолет. Машинально проверив патроны в магазине и в патроннике, оставил его на
боевом взводе и положил на край стола. Затем взял двустволку, раскрыв,
посмотрел в стволы на свет висящей под потолком лампочки. Стволы были
вычищенными, раковин не было видно. Сергей вставил в стволы по картечному
патрону, закрыл ружьё и взвёл курки. Ещё пару патронов положил в неглубокий
кармашек на рукаве куртки так, что их латунные «юбки» торчали из кармана
наружу. Затем поставил ружьё около двери и, выключив свет, тихонько вышел на
веранду, оставив дверь в дом открытой.
Стояла
какая-то необычная, напряжённая тишина. Сергей присел на низкую скамеечку в
тёмном углу близ двери в дом, в пределах досягаемости рукой ружья. Все окна
были закрыты крепкими ставнями, запертыми штифтами изнутри дома. Проникнуть в
него можно было только через вход с закрытой застеклённой веранды, который был
взят Сергеем под контроль. Вроде бы, всё было в порядке. Может, он вообще зря
сегодня беспокоится? Вряд ли убийцы найдут их здесь так быстро, скорее всего,
залегли где-то после содеянного в Погостище... Глаза стали предательски
смежаться.
Кажется,
на улице раздался какой-то звук? Не то ветер зацепил веткой по оконному стеклу
веранды, не то камушек хрустнул на дорожке, под чьей-то осторожной ногой…
Сергей открыл начавшие слипаться глаза, встряхнул головой. Кажется,
померещилось… Нет! Вновь какой-то шорох, прямо за дверью веранды! Сергей
протянул руку, бесшумно приподнял ружьё от пола, взял его наизготовку. Снова
тишина. Глаза опять начинают закрываться, сдвоенные стволы ружья стали
клониться к полу…
Очевидно,
он всё же отключился на мгновенье, потому что момент, когда уличная дверь
резким ударом снаружи была выбита, он упустил. Открыв глаза от звука грохнувшей
двери, Сергей увидел в метре от себя направленный на него ствол пистолета
впрыгнувшего в дверной проём прыжком пантеры Якуба. На какую-то тысячную долю
секунды их взгляды встретились, и Сергей включившимся во вневременной режим
сознанием отметил, какой звериной ненавистью светились из глубины орбит зрачки
убийцы. В падении он вскинул ствол ружья и выстрелил, практически в упор, в
нависший над ним чёрный силуэт. Крик боли и бессильной злобы прорезал ночную
тишину. Заряд картечи из девяти свинцовых пуль, почти сантиметрового диаметра,
отбросив нападавшего в выбитый им же самим дверной проём, разорвал его грудную
клетку, поразил сердце и навсегда перечеркнул пролегший по чужим прерванным
жизням кровавый путь бандита.