История инквизиции (Мейкок) - страница 2

Эта концепция определенно выведена из утверждения, что в Средние века крещение было непременным элементом истинного гражданства. Таким образом, отлучение от Церкви вело за собой потерю гражданства и всех гражданских прав. Доктор Фиггис видит в замечании Филиппа II, утверждавшего, что он лучше вообще откажется от власти, чем будет править еретиками, точное выражение средневекового принципа человеком, который все еще в него верил.

Но тем не менее мы должны настороженно относиться к часто повторяемому заявлению, что инквизиция была исключительно преступным судом, завязшим в политических интригах и служившим политикам. Мы также должны признать существование тесной связи между светскими и церковными аспектами ереси. Интересы Церкви и государства совпадали в то время. Надо разобраться в важности этого утверждения для того, чтобы лучше понять предмет нашего исследования. Разумеется, читатель может счесть, что в данной работе этому уделяется слишком много внимания, в результате чего другие, не менее важные вещи, были упомянуты лишь вскользь. В ответ на это автор может лишь сослаться на подзаголовок данной книги. Он никогда не утверждал, что пишет учебник по истории средневековой инквизиции. Автор, скорее, пытался пристально рассмотреть один-два вопроса, которым, по его мнению, прежде не уделялось должного внимания. Инквизиция – одно из наиболее интересных явлений в истории. Автор попытался сделать его не только интересным, но и понятным.

Первые четыре главы – это расширенные варианты очерков, напечатанных в журнале «Девятнадцатый век и дальше» в августе и сентябре 1925 года. Автор благодарит издателя этого журнала за разрешение перепечатать очерки в их настоящем виде.

А. Л. М.

Июнь, 1926

Предисловие

Добрая английская традиция, приверженцами которой мы стали не столько благодаря историческим книгам, сколько благодаря не слишком умным детским романам, научила нас бояться и ненавидеть инквизицию. Забыв о разделяющих нас трех веках, мы воображали, что этот общественный институт возник для того, чтобы противостоять героическому протестантизму Лютера; мы считали, что само слово «инквизиция» – это вежливый эвфемизм, к которому прибегают, чтобы, не говорить прямо о дыбе и тисках для сжимания пальцев; в наших глазах те, кто служил инквизиции, были прототипами Великого инквизитора из романа «Гондольеры», который объясняет, что старая няня находится в камере пыток, но тактично добавляет при этом, что «с нею все в порядке, ей принесли все газеты с иллюстрациями». Недавно такие авторы-некатолики, как мистер Турбервиль и мистер Никерсон, попытались более точно и справедливо объяснить читающей публике, что же представлял из себя этот ужасный суд. История инквизиции, ее размах, причины ее возникновения – все это можно найти в их трудах. Публика постепенно начинает постигать, что инквизиция не только не была создана для того, чтобы противостоять Реформации, а уже почти устарела ко времени ее возникновения и даже успела пережить свой расцвет (можно даже сказать – выжила), столкнувшись с уникальными условиями XVI века.