С другой стороны, проверить эту историю нужно обязательно. Вдруг и правда есть такая хитрая и двуличная баба, которая все это дело провернула и теперь еще и выйдет сухой из воды?
Завтра же проверю всех приходящих работниц монастырской кухни, выясню, кто из них ночевал при монастыре (особенно в ту роковую ночь), и поговорю с этой женщиной. Если там есть за что зацепиться, то мы сможем повернуть это дело в совсем другое русло.
Если честно, больше всего мне интересно, уцелели иконы или нет.
Глава 13
Читальщица
Наши дни, провинция
Чтобы понять, кто же так исправно информирует преступников о его планах и перемещениях, Гуров решил помириться с реставраторшей. На первый взгляд это могло показаться не очень-то логичным. Но если вдуматься, это было довольно разумным и даже дальновидным действием.
Маргарита оказалась под подозрением из-за того, что находилась рядом с ним в последнее время и знала многое из происходившего. Теперь, если держать ее рядом, то можно будет подсунуть ей какую-нибудь ложную информацию и посмотреть на реакцию. Это сразу даст результат, учитывая, что неизвестный преступник перешел к активным действиям и не упустит такой возможности.
Есть шанс узнать, кто он на самом деле. Еще одна ниточка окажется в руках у Гурова. А если Маргарита ни при чем, то круг подозреваемых сузится, и можно будет двигаться дальше.
Расставшись с Крячко, который пока оставался в гостинице, полковник первым делом отыскал номер телефона Маргариты и набрал его. Он был готов услышать ее недовольный голос, но отвечали ему только длинные гудки. Кажется, момент для налаживания отношений он выбрал неподходящий.
Терять время даром было не в привычках полковника. Так как его основной план пока откладывался на неопределенное время, нужно было заняться делами второй очередности.
А к ним сейчас относилось все, связанное с пресловутыми тетрадями сыщика Успенского. Благодаря помощи Маргариты Гуров дочитал их до конца, и обрывались они так, что было ясно: сама разгадка дела так и не была записана.
Может, конечно, автор записок продолжил их в какой-то другой тетради, так и не доведя до конца предыдущую. Всякое бывает. Но что-то подсказывало Гурову, что, скорее всего, автор не пережил это громкое расследование.
Теперь должны были пригодиться те записи, которые Круглов делал в городском казанском архиве.
Гуров, когда просматривал в архиве все подряд, интересовавшее деда, отметил для себя эти документы и заметил, что некоторые из них ему уже смутно знакомы. Потом он припомнил, что видел их копии среди бумаг Макара Ивановича, но в тот первый день не придал им значения.