Сережа тут же вполне миролюбиво посоветовал переодеться и отправляться домой, чтобы принять ванну и насладиться семейным счастьем, на что я достойно отреагировал, послав его по весьма распространенному адресу.
Ухмыльнувшись, Рябов сообщил: ходить ко всяким матерям у него нет времени из-за встречи с исполнительным директором концерна “Олимп”, с которым срочно требуется заключить договор о любви и дружбе. Перед тем, как уехать, Сережа сумел подтвердить мое убеждение в том, что искусство является отражением реальной жизни. Даже если это полотна на мифологические сюжеты.
Иных ассоциаций у меня не возникло, когда Рябов продемонстрировал девушку в рубенсовском стиле, прижимающую левой рукой простыню к груди. Я мгновенно вспомнил картину великого живописца “Персей и Андромеда”. Закованный в латы Персей пожирает глазами золотоволосый приз за успешные боевые действия, а слетевшие с небес ангелочки услужливо помогают Андромеде поскорее освободиться от скрывающей ее прелести накидки.
Великий живописец Рубенс был явно своеобразным художником уже потому, что, в отличие от многих современных деятелей искусства, не создал полотна под названием “Персей и Андромеда-2”. После такого рассуждения я умчался в душ, сбросив на ходу бронежилет, предварительно разъяснив всем присутствующим: Сергей Степанович может возвращаться на работу, а девушка – пить кофе с коньяком, прежде чем она приступит к индивидуальной трудовой деятельности.
Ближе к утру я понял, что Персея из меня явно не получится, несмотря на умение размахивать остро режущими предметами не хуже античных героев. Вряд ли Персей, отрубивший голову сухопутной Медузе, вместо того, чтобы упасть в объятия Морфея после жарких схваток с Андромедой, умчался осчастливить еще кого-нибудь.
Глядя на восторженно бормочущего Студента, я понял: он уже счастлив. Равно, как и один из сотрудников нашей доблестной таможни. Однако этого мне явно недостаточно, потому что на достигнутом нельзя останавливаться. Настроение моего главного эксперта – всего лишь увертюра к той радости, которую надеюсь принести одному из своих клиентов по кличке Саблезубый, хотя на тигра этот колобок с усами вовсе не похож. Представляю себе его реакцию, если бы кто-то из подчиненных обратился к директору государственного концерна “Внештранс” Коробову со словами: “Саблезубый, чего изволите?”
Я знаю, чего изволит Саблезубый. Приобщиться к прекрасному, чтобы поднять себе настроение и с удвоенной по такому поводу энергией продолжать свою депутатскую и производственную деятельность, направленную на повышение жизненного уровня населения. Не всего, конечно, некоторой его части, но все-таки.