— Отпустил. Оставил тебе на следующий год, — твердо ответил Рус, — идем, Радан, мы все доказали свою храбрость.
— Он погибнет, шатуном станет!!! — не сдавался майор.
— Он найдет берлогу, я знаю. Поверь мне, еще только осень.
Радан, опытный охотник, тоже это понимал, но досада на глупость принца не желала отступать, давила уместную мысль: «Почему его не задрал бергат?». О ней вспомнил только по пути домой и прямодушно спросил об этом.
Принц ответил иронично:
— Не знаю, майор, я посмотрел ему в глаза, и мы договорились друг друга не трогать. Духов точно не призывал, — отвечая Радану, тщательно разбирался в собственных ощущениях.
Сначала появился страх, а потом, после того, как поставил себя на место бергата, вдруг на самом деле стал им. Не тем Зверем, который знает опасность и умеет от неё избавляться, а просто хищником. Вроде персонажа сыграл. Ярый его испугался, а он будто понял его мысли и пожалел. Скорее себя, а не бергата.
Флорина, которой жаждал отомстить точно так же, как Ярый хотел порвать «наглых двуногих», показалась смертельно опасной и он не мог понять, чем именно. Или не Флорина, а еще кто-то, или все вместе. Все так сложно и запутано, перетекало из одного в другое что, в конце концов, плюнул на эти «поиски истины». Будь, что будет!
Все возвращались подавленными. Принц в очередной раз удивил, и соратники не знали, что и думать. Ясно одно — Френом ему благоволит.
— Домлар, — Рус обратился к «философу», продолжая ироничную речь — ты успел почувствовать себя предком?
— Не ёрничай, принц, — ответил он после долгого раздумья, — ты — точно почувствовал и более древним, чем те, о ком я читал в академии[23]. Такова твоя доля. А я успел хватануть азарта, для меня — достаточно.
За ужином, снова превращенной хозяйкой в пир, хозяин и «свита» окончательно расслабились, и сама собой родилась новая охотничья байка «Как принц бергата напугал», история с изрядной долей правды.
В середине четвертой вечерней четверти Рус отозвал Эрлана. Поначалу не хотел никого предупреждать, всего на четверть уходит, но передумал. Вдруг заметят, неудобно. Как-никак они за него отвечают.
Пир постепенно утихал, гости изрядно набрались, в том числе и «доверенный телохранитель». В доме Радана все чувствовали себя в абсолютной безопасности, никто не хотел трезветь с помощью Силы. За исключением Руса, разумеется, он ответственно подходил к предстоящему ритуалу.
— Эрлан, протрезвись, очень серьезное дело.
— В чем дело, принц, хорошо сидим, весело. А как Линда поет — заслушаешься… — и осекся, увидев абсолютно трезвые серьезные глаза Руса. Быстро привел себя в порядок, — что случилось?