– Надо подумать, взглянуть по-новому. До этого ведь все сокращали… Что еще скажете?
– В последнем бою был подбит один наш летчик. Очередь «месса» отбила ему законцовку крыла, и самолет падал в «плоском штопоре». Так вот, я за ним следил и считал витки… Он потом сказал, что еле-еле сумел сбросить фонарь – встречного потока воздуха ведь не было… Страшно это – падаешь, а фонарь сбросить не можешь. Не завидую я ему, такое пережить… Что-то с этим надо делать!
Синельщиков, помечая в блокноте, кивнул: «Сделаем…»
– Вот видишь, Виктор Михайлович, кто бы нам это сказал? Что еще?
– Вот по оружию… Хотелось бы сделать два тумблера включения электроспуска пушек – отдельно на мотор-пушку и на пушки под капотом. Да и на счетчик боеприпасов надо звонок какой-нибудь поставить, хоть механический. Дескать – осталась треть БК. А то я чуть не попал в последнем бою… в список геройски погибших. Проглядел БК, честно говоря. Чудом спасся.
– Это можно. Это, наверное, не проблема. Константин Владимирович, есть, кому поручить? Пометь. Да, хочу вас обрадовать! Нам под вашу серию подбросили немного «крылатого металла». Из американских поставок по ленд-лизу. Так что, если все будет нормально, мы еще немного сумеем облегчить машину. Получите «эталонные» истребители! Рад?
– Еще бы, товарищ генерал! Кто же из летчиков будет не рад такому? «Эталонные» машины! Это очень хорошо, бои ведь нам предстоят не абы с кем – против лучших немецких летчиков драться будем.
– Ну хорошо. Мы тут записали кое-что из твоего рассказа. Будем внедрять. Что еще хочешь?
– А нельзя мне на время производства этой серии получить временный пропуск на опытный завод? Приходить буду, смотреть. Может, и что-то еще подсказать сумею?
– Это можно, это ты хорошо придумал… Сделаем, конечно. К старикам-то пройдешь? Они тебя ждут.
– А как же, товарищ генерал! Обязательно и непременно! Разрешите идти?
* * *
– Здравствуй, дорогой Иван Архипович! Здравствуй, Николай Кузьмич! – Я с искренней радостью обнял старых мастеров. – Как вы тут поживаете? Здоровье-то как?
– Здравствуй, сынок! Здравствуй, Витя! А как мы поживаем? Хорошо, можно сказать. А как вы там воевали? Расскажешь?
– Конечно, расскажу. За тем и пришел. Только сначала вот… сувенир я вам привез. Не смотрите, что это просто пепельница. Тут главное – из чего она сделана! Из перегородки немецкого «Юнкерса», вот! Он так взорвался после моей очереди, что эта железяка мне в левое крыло врезалась и застряла в нем… Подарок прямо из боя, можно сказать. Смотри, там еще что-то написано, но я в немецком не силен…