— Я прощена за воскресенье? — спросила она.
— Конечно, — ответила я, подумав, что бы она сказала, узнай о сцене, которая произошла в тот же день в моем доме со Спенсером и Дагом. Мое внимание отвлек сигнал факса, и я пошла посмотреть, какое сообщение поступило. Факс от Бадди Д'Амико. Я сказала матери, что завезу к ней Скотти, и положила трубку.
«Салли!
Прочитай это и позвони мне. Хорошо?
Бадди».
Я вынула лист бумаги. Копия полицейского отчета, датированная днем гибели моего отца. Всего несколько строк, написанных от руки:
«Запись произведена в 9.02 вечера. Во время наводнения обрушилась стена гимнастического зала средней школы Каслфорда. Под обломками обнаружено тело Доджа Харрингтона. Установлен летальный исход. Подтверждено офицерами Смитом и Кальве. Тело забрала „скорая“ Сандерсона. Вернувшись в участок, доложили начальнику. Он сообщил семье. Приступили к дальнейшему патрулированию. Наводнение продолжается».
На следующей странице доклад следователя-коронера:
«Уилбур Кеннет Харрингтон умер от черепно-мозговой травмы во время обрушения части здания».
Я позвонила Бадди, и он сразу подошел к телефону.
— Спасибо, — сказала я. — Не слишком много, не так ли?
— Не слишком, — согласился он. — Я ходил в муниципалитет. У них тоже мало сведений. Один из парней сказал, что во время наводнения было разрушено столько строений, а урон столь велик, что у них времени для писанины просто не было.
— Да. Ну спасибо.
— Я дам тебе знать, если раскопаю что-нибудь еще.
— Спасибо, Бад.
Я вложила бумаги в портфель, чтобы захватить с собой в Нью-Йорк. Странно. Не знаю почему, но захотелось взять их с собой.
* * *
Это ведь мой отец. Откровенно говоря, раньше мне не хватало мужества расспросить подробнее о его смерти.
Я приехала к матери и прошла на кухню. Налив Скотти воды, поставила его миску рядом с миской Абигейл.
— Мама, почему ты не подала в суд на муниципалитет, когда погиб отец?
— Что ты такое говоришь, Салли? — сказала она, явно ошеломленная. — Скажи мне, почему я должна была подать на них в суд?
— Потому что городское здание обрушилось на папу и убило его!
— Твой отец его проектировал, — тихо сказала она, снимая резиновые перчатки.
— Хочешь сказать, что здание обрушилось потому, что проектировал его отец?
— Конечно, нет! Но город не несет ответственности за стихийное бедствие. Почему, Господи, я должна подавать на них в суд, коль в том нет их вины?
Что касается матери, то разговор на этом закончился, но я все же не могла не думать, насколько бы легче нам жилось, если бы она получила хоть какие-то деньги после трагического случая с моим отцом.