– А еще хорошее пиво и жареная картошка с солеными огурцами, свежим лучком и помидорами, – продолжал мечтательно травить душу Антон, подбрасывая сухие ветки в очаг. – Я набирал огромную тарелку этой вкуснятины и бежал к ящику смотреть чемпионат мира по футболу. Ты можешь не верить, но более преданного болельщика, мир еще не видел…
– Кто побеждал? – лениво поинтересовался я.
– Побеждали,… какая теперь разница. По разному. Ты своих родителей помнишь?
– Смутно. Нечеткие и расплывчатые образы из воспоминаний. Они были обычными добропорядочными гражданами, и пришли бы в ужас, увидав меня в теперешнем положении.
– Ты никогда не рассказывал, как угодил в плен к японцам. Было жарко во время высадки?
– Да уж, – мое лицо исказила тень неприятных воспоминаний. – Японцы беспощадны к врагам, но дело совсем не в них. Все мы звери в душе. Цивилизованность на войне слетела с нас словно шелуха, обнажив истинную сущность. Мы убивали друг друга, не задумываясь о причинах.
Антон на это лишь философски пожал плечами:
– Кто не убивал? Такими нас сделала природа в процессе долгой эволюции.
– Очень сомневаюсь в этом. Согласно современным теориям мы были созданы пришельцами.
– Да перестань, ты веришь в эту туфту? Может ты, и в НЛО веришь?
– Я собственными глазами видел большие болиды, всплывающие из-под воды.
Антон в сомнении покачал головой:
– Это могло быть чем угодно. Может роботы-шпионы оставшиеся с последней войны.
– Я знаю только одно, тот, кто наслал на нас все эти беды, не может быть человеком.
– Значит, ты считаешь, что это инопланетяне? – ухмыльнулся Антон.
– Я этого не говорил. Здесь что-то иное. Жаль, я не помню, как все началось. Радость жизни.
Антон немного помолчал, а потом нехотя сказал:
– Зато я не забуду. До того как попал на остров, я жил в Новосибирске. Помню начало Судного дня как вчера. Я возвращался на своей девятке с дачи, когда внезапно заглох двигатель. Машина намертво встала и не хотела заводиться. Я вышел из нее и увидел, что небо над головой сияет всеми цветами радуги, словно надо мной полыхает северное сияние. Это закончилось через пару часов, и двигатель снова завелся. Я поехал дальше, поражаясь про себя столь чудному природному явлению, а уже через несколько дней повсюду выли сирены воздушной тревоги. Только в небе не было вражеских самолетов, и нас никто не бомбил. По пустым улицам шатались мародеры и те, кто не захотел эвакуироваться из города. Потом и они исчезли, а на их место пришли нечестивые орды некроморфов всех мастей. Они хватали всех подряд, но не убивали, а обращали в себе подобных. Я был одиноким человеком, так как из всех моих оставшихся в живых родителей отец жил во Владивостоке, куда я и собрался перебраться. Выбраться из охваченного паникой города оказалось намного труднее, чем я рассчитывал. Некроморфы загнали меня и еще шестерых гражданских с пятью военными на крышу торгового центра, где нас и эвакуировали на вертолете, но в последний миг заслон был прорван. Уродливая тварь размером со слона на моих глазах разорвала трех солдат, но мне и другим бедолагам повезло больше – вертолет уже взлетел, и мы временно оказались в безопасности. Никогда прежде мне не было на душе так гадко, как в тот момент. Несчастные солдатики выполнили свой долг ценой собственных жизней и защитили нас, но сами при этом погибли поганой смертью, какую и врагу не пожелаешь. Такова цена самопожертвования, – Антон опустил ложку в котелок и, зачерпнув варева, осторожно стал на него дуть. – Потом бесконечная тряска в грузовом вагоне идущего на Восток. Мы проезжали мимо обезлюдевших городков и деревень, заселенных некроморфами. Радость жизни распространялась быстрее, чем мы ехали, представляешь? Во Владивостоке дела обстояли не лучшим образом. В последний раз, когда я видел отца живым, он командовал немногочисленными резервистами, отбивающими атаки некроморфов. Он погиб, когда меня не было рядом и этого я себе никогда не прощу. Вскоре в городе объявили всеобщую эвакуацию в связи с тем, что карантинные меры не принесли желаемых результатов. Только куда бежать? Нас прижали к морю, а тех счастливчиков, кому удалось добраться до Курил, было не так уж и много. А дальше ты и сам знаешь – образование Гнезда, попытки централизации власти. Во всем виноваты не инопланетяне, а сами люди, выпустившие на свободу джинна, которого не смогли загнать обратно в бутылку. Я знал, что военные разработки до добра не доведут…