Салон «Эмансипе».
При упоминании салона вспоминалась экстравагантная девица с пошловатыми массивными золотыми украшениями и с разного цвета помадой на верхней и нижней губе. Сейчас это то, что ей нужно, чтобы избавиться от запаха, цвета и привкуса домохозяйки.
Позже, когда девочки уже спали, Симка с исследовательской целью заперлась в ванной, стащила одежду, став спиной к зеркальной панели, заглянула в круглое маленькое зеркальце и поймала собственное отражение.
Линии спины и талии не вызвали нареканий, а вот пятая точка – размером с десять кулаков, как говаривал бывший первый муж Ленчик Ворожко после отсидки. Ну, Ленчик был склонен к преувеличениям, не десять, поменьше, но все равно пара лишних кулаков имеет место.
Симка вздохнула. Остается надеяться, что вкусы у Русика не изменились. Когда-то он тащился от ее задницы.
При воспоминании о Русике у Симки ослабели ноги. Неужели? Неужели завтра он ассимилирует ее? Подчинит и растворит в себе?
Они не виделись с весны. Все эти месяцы Симка, как ни старалась, не могла забыть их последнюю встречу в аэропорту.
Руслан спешил, нервничал, говорил мало и не по делу, ничего не обещал, а она так ждала! Ждала мужского ответственного слова – не дождалась. Ее мальчик, любовь всей ее жизни стремительно отдалялся. Симка не была готова к этому ни физически (пятый месяц беременности!), ни морально, ни ментально – никак.
– Когда ты к нам прилетишь? – не выдержала Сима перед входом в терминал.
Руслан потратил минуту на обдумывание ответа. В эту минуту и «взыграл младенец во чреве».
– Точно не знаю. Как только смогу. – Любимый резал по живому.
– Толкается, – сообщила Симка зомбированным голосом и перешагнула контрольную черту.
Сумрачный салон самолета и перелет вспоминались как дурной сон.
Чужой город, в котором уже вовсю цвели одуванчики и разные декоративные кусты, о существовании которых Серафима успела забыть, обрушил всю мощь ранней южной весны, похожей на северное лето. Ошеломленные, они с Танькой с ходу, прямо в аэропортовском туалете сняли колготки, а потом скупили все ландыши у бабулек при входе.
Только и было радости, что вырвались из вечной зимы.
Юлий встретил, отвез домой.
Тогда это еще был не дом, тогда это была просто квартира, требующая ремонта. Симка с энтузиазмом окунулась в хозяйственные хлопоты, вила новое гнездо с мыслью о своем любимом горячем мальчике.
Несколько раз выгоняла взашей отделочников-халтурщиков, незадолго до родов сама переклеила обои в прихожей – только наши отчаянные женщины на последних месяцах беременности в романтическом порыве могут клеить обои и белить потолки.