– И вы открыли?
Женщина кивнула.
– Я думала, пришли спросить что-то о Сергее Шарове…
– И вас не удивил приход этого сотрудника в такое время?
Женщина глянула на Федора печальными глазами.
– Он назвался вашей фамилией. Майор Туманов…
Ваняшин с Греком переглянулись, а Федор посмотрел на Зотову недоуменно.
– Моей фамилией?
– Да, – тихо ответила Зотова. Наверное, она считала Федора в какой-то степени виновным за случившееся. В ее взгляде он заметил укор. Пусть самый незначительный, но все же укор.
Оправдываться Федору было не за что. У многих преступников его фамилия на слуху, но это не значит, что каждая дура вот так запросто должна открывать дверь, едва кто-то назовется фамилией Туманов.
– Вы хотя бы глянули в глазок, прежде, чем открывать, – вступился за своего старшего лейтенант Ваняшин.
Но губы женщины покривились в улыбке.
– А толку что? – спросила она, и заметив на лицах оперативников недоумение, ответила: – Они вывернули на площадке лампочку.
– Лампочку? – переспросил Федор. Вот только что они заходили, и лампочка горела.
– Ну, правильно, – согласилась Зотова, немного раздражаясь на непонятливость милиционеров. А еще оперативники. Бестолковый народ.
– Наверное, кто-то из них завернул. Потому что, когда я открывала дверь вашему сотруднику, – кивнула Зотова на лейтенанта Ваняшина, – лампочка уже горела. А тогда, нет. Стоило мне открыть дверь, как мне сразу же на голову набросили мешок…
Туманов задумчиво кивнул. Механизм знакомый, преступники врываются в квартиру, а чтобы жертва не запомнила их, набрасывают ей на голову мешок из черной ткани.
– … Я так поняла, их было трое. Один, был за главного…
– Почему вы так решили? – спросил Туманов. Женщина немного смутилась, но, понимая, что вынуждена отвечать, сказала:
– Сначала он насиловал меня. Один. А потом стали другие… Вдвоем. И еще мне показалось, что они побаиваются его. Что он скажет, то они и делают. Козлы. Когда они ушли, я решила сразу позвонить вам на сотовый.
– Ирина Витальевна, мне кажется, вы что-то не договариваете? – без нажима, все тем же мягким голосом настойчиво спросил Федор.
Женщина точно вздрогнула. А может, так и было на самом деле. Она вскинула на Федора глаза, в которых он заметил затаенную тревогу.
– Понимаете… – начала Зотова и тут же замялась. То, что она скажет, касалось не только одного погибшего Романовского, но и ее в том числе. А еще целый коллектив магазина. И на всех, на них теперь будет пятно. Уже и пожалела, что позвонила Туманову. Сделала это сгоряча, необдуманно. Теперь раскаялась, да уже поздно.