Понимая, что на откровение Зотовой рассчитывать не стоит, Федор решил нарочно сгустить краски, припугнуть ее. Сказал:
– Поверьте мне, Ирина Витальевна. Те, с кем вы имели дело, отпетые бандиты. И они не успокоятся, пока не добьются от вас того, что им надо…
– Да нет, они больше не придут, – сказала Зотова, хотя голос звучал не слишком уверено.
– Почему вы так уверены? – спросил Туманов.
– Потому что, как мне кажется, они поверили мне, – сказала Зотова.
– А что вы им сказали? – мягко, не навязчиво поинтересовался Федор.
Женщина опустила глаза себе под ноги к ковру и вдруг заплакала. Федор сказал Ваняшину, чтобы сходил на кухню, принес стакан воды.
Ваняшин тут же вернулся со стаканом и перепачканным в крови полотенцем.
– Откуда? – спросил Федор о полотенце.
– В мусорном ведре было, – сказал лейтенант, подозрительно взглянув на Зотову. Та поблагодарила за принесенную воду, и, заметив вопросительный взгляд Туманова, сказала:
– Это моя кровь. Понимаете, они били меня по животу…
– Вот видите, – участливо проговорил Федор. – Это звери, а не люди. Их надо как можно скорей задержать. И если вы нам поможете…
Говоря так, Федор чувствовал, вот-вот Зотова признается. Сейчас она пытается бороться с одолевавшими ее сомнениями. Но стоит немного поднажать. Но поднажать он не успел. Зотова вздохнула и сказала:
– Они спрашивали про Шарика. Говорили, будто он им должен какие-то деньги. Хотели, чтобы заплатила я.
Прозвучало вполне оправданно. Ведь она была любовница криминального авторитета Шарова. И Шарик в самом деле мог кому-то задолжать. Только Федор понял другое, Зотова решила не говорить правды, потому что не верит, что оперативники так быстро отыщут тех бандитов. Может так статься, что не отыщут вовсе. Но если те узнают, что она «раскололась» ментам, тогда все закончится для нее гораздо хуже. И уже совсем не так, как в этот раз. Поэтому Ирина решила соврать. При этом сумела выдержать тяжелый взгляд главного ментовского сыщика. Все это время сидела перед ним как на иголках. И только с облегчением вздохнула, когда майор Туманов встал.
– Ладно. Уже поздно. И вам нужно отдохнуть. Если что-то вспомните, звоните. Телефон мой вы знаете.
Зотова кивнула и даже нашла в себе силы улыбнуться. Но перед тем, как выйти, Туманов на всякий случай поинтересовался:
– Насколько я понимаю, заявление вы подавать не будете?
– А на кого? – женщина выразительно округлила глаза. – Я их не знаю. Даже не запомнила лица того парня, который назвался вашей фамилией, – особенно подчеркнуто сказала она.
Туманов равнодушно пожал плечами.