— Мне не нравится, что все глазеют на меня… словно на клоуна на деревенской ярмарке.
Ее оценка оказалась на редкость точной. Публика откровенно пялилась на Вивьен, с изумлением обнаружив, что слухи о ее смерти оказались необоснованными и она объявилась… да еще с такой помпой! Появление известной куртизанки на балу у леди Личфилд — куда ее никогда бы не пригласили при обычных обстоятельствах — вызвало шок у дам и поставило джентльменов в неловкое положение. Многие из них охотно пользовались милостями Вивьен, но предпочли бы не встречаться с ней, находясь под неусыпным оком своих подозрительных жен.
Грант успокаивающе коснулся изящной ручки, ухватившейся за его рукав.
— Еще бы им не глазеть на вас, — мягко сказал он. — Весть о вашем исчезновении разлетелась по всему Лондону. Они удивлены, увидев вас живой и невредимой.
— Ну что ж, они меня видели, и теперь я могу ехать домой.
— Позже. — Грант подавил раздраженный вздох, стараясь не поддаваться искушению немедленно увезти ее отсюда, избавив от необходимости проходить сквозь строй представителей высшего общества. Вечер обещал быть долгим для них обоих. — А пока попытайтесь проявить характер. Прежняя Вивьен была бы в восторге от всеобщего внимания. Вам следует радоваться такой исключительной возможности покрасоваться.
— Если бы у меня не было характера, я не оказалась бы здесь, — проворчала она себе под нос.
Они приблизились к леди Личфилд, полной даме лет сорока, которая в свое время считалась первой красавицей в Лондоне. Хотя годы и излишества наложили отпечаток на ее изумительное лицо, она все еще оставалась невероятно привлекательной. Голубые глаза, обрамленные густыми ресницами, по-прежнему сияли над пухлыми щеками, блестящие черные волосы, уложенные на макушке, открывали классический профиль. Будучи королевой лондонской элиты, она вела довольно строгий образ жизни респектабельной вдовы, если бы не слухи, утверждавшие, что она питает слабость к молодым любовникам и щедро оплачивает их услуги. Собственно говоря, она кокетничала с Грантом, когда их представили на приеме в начале сезона, откровенно намекнув, что не прочь «познакомиться с ним поближе».
Завидев его, леди Личфилд простерла к нему руки.
— Неужели это только вторая наша встреча? — проворковала она. — У меня такое чувство, что мы старые друзья, мистер Морган.
— Я бы сказал «добрые друзья», — поправил ее Грант, запечатлев обязательный поцелуй на ее затянутой в перчатку руке. — Слово «старая» к вам совершенно не относится, миледи.
Она игриво хихикнула:
— Уверена, я не первая и не последняя, кто нал жертвой ваших комплиментов, очаровательный плут.