Люси присела рядом с ним, рукой провела по позвоночнику, поцеловала между лопатками и качала массировать плечи.
– Не упрямьтесь, мистер Рэйн, – уговаривала она его, глубокими ритмичными движениями разминая тренированные мускулы. – Вы же знаете, что будет гораздо хуже, если вы не встанете. Тогда весь день пойдет кувырком. Сегодня вам лучше попасть в редакцию пораньше.
– Если ты пытаешься вытащить меня из постели, – огрызнулся Хит, при напоминании об «Экзэминер» сон его мгновенно улетучился, – тогда тебе лучше придумать что-нибудь поинтереснее, чем рассказывать о работе. – Он глубоко вздохнул, и в этот миг Люси нащупала болевую точку между лопатками. – Ой, чуть ниже… ммм…
– Я приготовила тебе горячую ванну. Думаю, ты почувствуешь себя намного лучше, если полежишь в ней хотя бы несколько минут. А вот и горячий кофе уже ждет тебя на столике, стоит только руку протянуть.
– Ох…
– Почему бы не выпить несколько глотков, пока ты принимаешь ванну? Хочешь, я отнесу его туда.
Морщась от боли, раздиравшей голову на части, Хит неохотно кивнул и, собравшись с силами, встал с постели. Люси молча вручила ему шелковый в красно-синюю полоску халат. Небрежно завернувшись в него, Хит подождал, пока она завяжет плетеный пояс, и прижал жену к себе, спрятав лицо в лебедином изгибе ее шеи. Самым дорогим подарком для Хита в этот момент была бы возможность заснуть в этой странной позе, стоя, обнявшись с женой, и чтобы его голова покоилась на ее плече.
– Сегодня я никуда не пойду, – неуверенным глуховатым голосом сказал он.
– Почему?
Рэйн открыл глаза и, прищурившись, посмотрел в окно. Люси раздвинула бархатные кремового цвета шторы. В спальню хлынул яркий свет нового дня.
– На улице слишком солнечно.
Рэйн медленно, с опущенной головой двинулся в ванную. В отличие от Хита Люси встала очень рано, она была уже одета и причесана, и теперь ее заботило лишь то, как привести в порядок мужа. В это утро она была безумно и безудержно счастлива. И это несмотря на то, что оставались нерешенными крупные проблемы с «Экзэминер». В глубине души Люси жила уверенность, что конфликт между Хитом и Дэймоном тем или иным способом будет улажен, и при этом честь и гордость обеих сторон не будут ущемлены. Она готова была сломать все преграды, какие еще могли разъединять их, и окружить Хита своей любовью. Впрочем, пока одно лишь упоминание этого слова – «любовь», могло вызвать у мужа непредсказуемую реакцию, замешательство по крайней мере. Поэтому Люси решила обуздать на некоторое время свои эмоции и терпеливо дожидаться того момента, когда он сам расскажет ей все, что таило до сих пор его сердце. Теперь Люси точно знала одно: она ему небезразлична. Он сам неоднократно повторил, что она нужна ему. Как приятно было это слышать из его уст!