– Сегодня ночью он спас мне жизнь. У станции Зеленой линии мы напали на след двух кровососов и пошли по нему, и вдруг я увидел этого подонка, он садился в поезд. Не знаю, что заставило меня обратить на него внимание, он разулыбался во весь свой поганый рот, словно приглашал нас последовать за ним. Он насквозь провонял порохом и еще каким-то дерьмом, я не успел определить.
– ТЦАП [11] , – сказал Лукан, чувствуя едкий запах, пропитавший одежду Нико.
– Оказалось, на парне пояс со взрывчаткой. За секунду до того, как поезд тронулся, он выпрыгнул из вагона и побежал по старым путям. Мы начали его преследовать, Конлан загнал его в тупик. И тут мы увидели бомбу. Таймер был установлен на шестьдесят секунд, до взрыва оставалось десять. Конлан крикнул, чтобы я бежал назад, а сам бросился на эту скотину.
– Господи… – Данте провел руками по волосам.
– Это был миньон? – спросил Лукан, даже не сомневаясь в ответе.
Отверженные без зазрения совести использовали людей как расходный материал в своих военных операциях и личных стычках. Так же в течение длительного времени поступали религиозные фанатики человеческого общества, для них люди со слабым рассудком были дешевым и весьма эффективным орудием террора.
Но от этого пережить гибель Конлана было не легче.
– Это был не миньон, – сказал Нико, качая головой. – Отверженный, и, судя по количеству взрывчатки, он мог снести полквартала.
Столь неожиданная новость заставила выругаться не одного Лукана.
– Значит, теперь они жертвуют не только пешками-миньонами, – удивленно заметил Рио. – В ход пошли более солидные фигуры – Отверженные.
– Они такие же пешки, как и миньоны, – произнес Гидеон.
Лукан глянул на проницательного вампира и понял, что тот имел в виду.
– Не фигуры изменились – правила игры. Боевые действия приобретают совершенно иной характер, это не отдельные, спонтанные вылазки, с которыми мы имели дело до сегодняшнего дня. Кто-то среди Отверженных выстраивает четко организованную систему. Нас берут в осадное кольцо.
Лукан посмотрел на тело Конлана – вот первая жертва того, чего он так боялся. Начинается новый век беспросветного мрака и войны. Он чувствовал это каждой клеточкой своего древнего тела, хранившего воспоминания о том, как это было в далеком прошлом. Война зрела, и если Отверженные организовываются, чтобы перейти в наступление, значит, скоро вся раса вампиров окажется на передовой линии огня. И люди тоже.
– Позже мы детально обсудим сложившуюся ситуацию. Сейчас мы должны отдать последние почести Конлану.
– Я с ним уже попрощался, – сказал Тиган. – Конлан знает, что я чертовски уважал его при жизни, и после смерти мое отношение к нему не изменилось. Больше мне незачем здесь оставаться, это ничего не изменит.